![Обложка книги Борель. Золото [сборник]](/uploads/posts/images/6/borel-zoloto-sbornik.jpg)
Тихий омут глубин обволакивает долину, где кедры, сосны и мелколесье сплетаются в единую атмосферу. Ближе к земле на равнине раскинулся заброшенный прииск, где когда-то были свидетельством богатства — теперь лишь изломанные строения и разбросанная рухлядь. Вселенная мгновенно трансформируется в драму, когда старые рассказы Борового приобретают жизнь в сердцах читателей....
Слыхал про все дела, брат… Насобачили порядком здесь."
"Гурьян повеселел. Из головы уходил хмельной дурман. Захотелось есть. Постучал в стену. Катя вбежала, шлепая белыми тапками.
— О, курортник! — и сильно тряхнула руку Бутова.
— Катюша, — взглянул на нее директор. — Инженеру Клыкову наладьте угол в квартире Перебоева… Да надо поставить к нему прислугу… Ну, понимаешь, чтобы обед носила, подметала и все прочее.
— Можно… — Катя жалостливо посмотрела на своего начальника, и от этого ему стало обидно.
— Нет ли чего перекусить? — спросил он, потирая руки.
— Можно бутерброды с икрой… Но скоро ужин… Лучше идите в столовую. — Катя повертелась, вздохнула. Нил и директор поняли, что ей хотелось поговорить об арестованных, чем-то поделиться.
Но Гурьян закрыл столы, забрал свежие газеты и телеграммы и сказал:
— Пойдем ужинать к тебе, Нил.
5
К следователю, за которым числились Вандаловская и главный механик, Гурьян с Бутовым попали на четвертые сутки. Молодой парень, с колючими серыми глазами, улыбнулся, глядя на сапоги и шаровары приискателей.
Шахтер внушительно зажал в кулаке дурно разросшуюся бороду и смял нахмуренным взглядом улыбку следователя.
— Что, смешные мы, товарищ?
— Нет, почему же… Я всяких видел, сам чапаевец. И на Волге бурлачил. Курите?
— Тем наипаче…
Бутов выколотил трубку и безжалостно смял в нее дорогую папиросу.
— Скажи, за что сели наши спецы?
Следователь затянулся, отвел глаза, лоб рассекла мелкая бороздка.
— Это по улентуйскому делу?
— Да, — ответил Гурьян.
— Товарищ Нарыков?
Гурьян наклонил голову.
— По ходу нужно было сделать так, товарищ директор, — следователь пощупал глазами Гурьяна. — Есть некоторые данные, что у вас работает группа белобандитов, агентов иностранного капитала.
— Но, но, смешал золото с песком, — перебил Бутов.
— Вы так считаете? Не ошибитесь, товарищи. Вы сами же дали дело перебоевщины, а теперь взята в Москве и жена Антропова.
Но художества не прекращаются… Вопрос ясен. Взрыв котла — очередной маневр классового врага. Убийство Пинаева — тоже. Ваша знаменитая Вандаловская обучалась за границей. Она присутствует при установке агрегатов, делает вид, что живет не в ладах с перебоевщиной, толкает рудоуправление на целый ряд крупных мероприятий, завоевывает авторитет и готовит окончательный развал рудника. Она вступает для этой цели в близкие отношения кое с кем из руководителей.
