![Обложка книги Борель. Золото [сборник]](/uploads/posts/images/6/borel-zoloto-sbornik.jpg)
Тихий омут глубин обволакивает долину, где кедры, сосны и мелколесье сплетаются в единую атмосферу. Ближе к земле на равнине раскинулся заброшенный прииск, где когда-то были свидетельством богатства — теперь лишь изломанные строения и разбросанная рухлядь. Вселенная мгновенно трансформируется в драму, когда старые рассказы Борового приобретают жизнь в сердцах читателей....
— Все это я знаю, но не так представлял…
Перед бывшими шахтерами предстала грандиозная картина. Гурьян оглянулся. Позади белой лентой падал к ним мост и на нем сверкающие рельсы.
Ему вспомнилась бегунка, поглощавшая рабочую силу на всех перевалочных пунктах. Теперь эта сила должна была освободиться от тяжелых работ.
Впереди блестели узкие челюсти дробилок «Блека» и мельница «Марси».
По транспортерам они прошли до мельницы.
— Вот через все эти машины пройдет руда вплоть до чанов, — продолжала Татьяна Александровна.
Гурьян все это знал, но для него, просидевшего в больнице и на квартире процесс монтажа обогатительной фабрики, теперь все казалось диковинным. Как-то по-другому, смутно он представлял соединение этих огромных частей в один величественный организм, долженствующий скоро загреметь трансмиссиями, локомотивами, огромными шестернями, валами, челюстями дробилок и всеми мелкими передачами.
Удивление, блеснувшее в усталых глазах Гурьяна, передалось Бутову и Татьяне Александровне. Он первый сбежал по широкому лотку, разветвленному к трем чанам, глядящим в потолок помещения открытыми верхами. На дне первого чана копошился, устилая соломенные маты, главный механик Зайцев.
— Американим, Василий Кириллович! — крикнул директор. Голос его сломался и резко зыкнул эхом в пустом пространстве чана.
Механик поднял щетинистое лицо и долго смотрел вверх, блестя очками.
Рядом с ним Антропов и рабочие закрепляли в стальном гнезде днища до блеска выточенный вертикальный вал с перивтыми горизонтальными лопастями. Вал имел наверху горизонтальный шкив и предназначался для смешивания размолотой руды в цианистом растворе.
Главный механик не скоро узнал директора, а когда поднялся наверх, широко развел руками.
— Воскресли из мертвых! Рад, очень рад, Гурьян Минеич!
— А у вас как?
Зайцев протер очки и мутными глазами глянул на входившего по лестнице Антропова.
— Как, Виктор Сергеевич? Пустим к весне?
— Кажется, да, — ответил тот."
"— Ну, ну, а то нас казнят, — Гурьян оживал с каждой минутой, ощущая реальность давно взлелеянной мечты.
