Автор
В грязи он оказывается, дрожа и измученная после нестерпимого унижения. Ей кажется, что сил нет ни на плакать, ни на кричать, но больше всего хочется вырваться от этой кошмарной реальности – наслаждения мужчины рядом с секретаршей, которая стонет и скребется в грязи.
Лиля издает низкий гортанный стон, еще сильнее сдавливая меня ногами. Становится тяжелее дышать. Учитывая наше длительное воздержание, времени на сантименты совсем нет.
- Извини, малыш, в следующий раз прелюдия будет длиннее, - хриплю я и вхожу в нее сразу и на всю длину. Наш общий стон раздается симфонией у меня в голове. Боже, как же внутри нее охуительно хорошо! Тесно, узко, горячо. Наши тела определенно созданы друг для друга! Я начинаю отчаянно вбиваться в нее…
-Кирюша, сынок, у тебя все в порядке? – Мама? Откуда здесь взяться моей маме?! Блять!
Я резко распахиваю глаза и обнаруживаю себя лежащим на животе и трахающим матрас.
- Все нормально, мам, - поспешил ей ответить, пока она не зашла и не увидела эту занятную картину.
- Просто ты все спишь, да еще и стоны какие-то стало слышно, вот я и распереживалась, думала, вдруг плохо стало…
- Просто дурной сон приснился, я встаю, сейчас буду, - поспешил я закончить разговор, а то негоже с матерью через дверь общаться.
Ну, и что мне с тобой делать? – подумал я, глядя на свой каменный и болезненный, сука, стояк. Сейчас надеюсь, ледяной душ спасет ситуацию, а потом? Определенно надо возвращать Лилю. Я сдохну без нее. А дети… В конце концов, надо с ней нормально поговорить об этом! Не может быть такого, что нет выхода из сложившейся ситуации, да и учитывая события последних дней, я не заметил за этим Сашей повадок заботливого будущего папочки: по ночам беременная женщина расхаживает, в клинике и близко его не видел… А это значит, что мы обязательно сможем найти выход вместе, значит, есть шанс, я уверен, что у моей девочки ко мне ничего не умерло.
Я улыбнулся, вспоминая свой сон.
