Автор
Внутри книги "Босиком по осколкам" СИ тонкая дымка нежности смешивается с холодным гневом. Главный герой прячет свои слезы за циничной улыбкой, а любовь его кажется шокирующей подлинностью в бездонной пропасти его сердца.
— Сегодня вечером сходка будет в центре, наши пойдут, ты как? — заглядывает просительно мне в глаза.
— Пас, — говорю резче, чем мне хотелось."
"Все эти крутые тусовки не для меня, шум и люди сами по себе вне зоны моих интересов, и пусть так остается и дальше.
— Аида, божечки, — снова трясет меня Мила, выпучив глаза и глядя мне за спину, — сюда Сема идет!
Поджимаю губы, но не оборачиваюсь. Парень он неплохой, но я прекрасно вижу, что нравлюсь ему, вот только на взаимность ему рассчитывать не приходится. И чего Милка так всполошилась? Еще и покраснела… Додумать мысль не успеваю, Сема уже пересекает мою зону комфорта.
— Девчонки! — по голосу слышно, что улыбается, расточая мужское обаяние в воздухе.
Соседка по общаге плывет, падкая на внимание популярных парней, а я вынужденно поворачиваюсь к нему лицом, хотя предпочла бы спрятаться в каком-нибудь закутке, чтобы не отсвечивать и не привлекать чужое многочисленное внимание.
— Приве-е-ет! — тянет подруга гласные, всегда так делает, когда сильно нервничает.
— Добрый день! — бурчу, глядя сквозь него.
Мне не нужно сближаться с парнями, они — лишние в моей жизни.
— Сегодня вечером мы гонки устраиваем, вы обе приглашены, — и сверкает своей унитазной улыбкой, отчего у меня скулы сводит.
Мода на виниры все никак не проходит, каждый меряется деньгами и статусом, так и у нас в университете молодежь делает тоже самое. Знали бы они, что иногда мир настоящих больших денег жесток.
— Мы придем, — вся сияет подруга.
— Точно? — переспрашивает парень, смотря при этом на меня.
— Обязательно, Се-е-ема, обязательно, — ласкающим слух голосом отвечает за нас двоих Мила, стряхивая несуществующие пылинки с мужской футболки.
Стискиваю челюсть, поджимаю губы, но молчу, продолжаю смотреть сквозь него. Я недовольна тем, что она решает за нас обеих, но позорить при парне ее не хочу. Как же это сложно — сдерживать рвущиеся наружу язвительные слова.
— Буду ждать, — окидывает он на прощание меня ласкающим взглядом и танцующей походкой удаляется к своему байку.
Если бы он мне нравился, я бы уже смотрела ему вслед, истекая слюной. Стоит признать, что на внешность он приятный — русоволосый, широкоплечий, голубоглазый, от чего в восторге визжат девушки. Вот только я и толики не испытываю той влюбленности, от которой так опрометчиво теряют голову мои ровесницы.
— Божечки, божечки, Аида, это успех, — теребит меня после его ухода эта предательница, — хватай его, пока горяченький.
