Поговорим через пять минут, — тяжело вздохнув, киваю стоящим наготове охранникам, и делаю шаг в сторону, позволяя увезти пребывающего в прострации Мердера в медицинский отсек, где ему вколют необходимый препарат, чтобы привести в чувство.
— Выпьешь? — предлагаю недопитый бокал шокированной блондинке. её шея выглядит ужасно и к концу полета покроется черно-синими кровоподтёками. Она беззвучно всхлипывает, растирая руками ручьи туши. Поднимается на ноги, трясясь всем телом. — Тебе компенсируют ущерб, но ты должна понимать, что твоя работа сопряжена с определенными рисками.
— Он псих? — хрипло сипит девушка.
— Нет, но советую тебе забыть о случившемся. — Жестом подзываю охранника и отдаю распоряжение в отношении пострадавшей: — Увидите к остальным, дайте обезболивающее и пусть бортовой медик посмотрит.
Через недолгий промежуток времени в проходе вновь появляется улыбающийся и энергичный Мердер. Приближается своей привычной бодрой походкой и пружинисто опускается в кресло напротив.
— Что с лицом? — поймав мой напряженный взгляд, беспечно интересуется Кол. Вопрос без подвоха. Он действительно не знает, что с моим лицом, потому что полностью обнулил свою память с момента, когда алкоголь достиг его мозговых клеток. — На весёлого именинника совершенно не тянешь… Тоска с тобой, бро, — повторяет фразы, сказанные несколькими минутами ранее.
— Зато с тобой не соскучишься, — хмуро бросаю я, заказывая себе порцию виски. Опрокидываю залпом, наблюдая, как на лице Колмана появляется настороженное смущённое выражение.
— Опять?
— Снова, — согласно киваю, подтверждая догадки Мердера. — Ляжешь на полное обследование в госпиталь, когда вернемся с острова.
— У меня нет времени валяться в койке…
— Это приказ, твою мать, — отрезаю металлическим тоном, со звоном швыряя пустой стакан на стол.
— Ты больше не будешь говорить со мной в такой форме! — остановив на мне пристальный холодный взгляд, по слогам произносит Мердер. — Никогда.
— Ультиматум?
— Нет, — отрицательно качает головой Колман. — Условие. И я его уже озвучивал. Я работаю с тобой, потому что мы друзья, Ран. Это единственная причина. Если я начну сомневаться, то ты не сможешь приказать мне остаться в команде.
— Послушай, Кол. Мне сейчас как никогда необходимы твои мозги, — понижая градус напряжения, напоминаю то, что он, итак, отлично знает. — Если они сломаются, то сам понимаешь, чем все может закончится.
— Все закончится как надо, если ты перестанешь дергаться, — уверенно заявляет Мердер. — У тебя день рождения, Ран. Расслабься. Выпей, трахни половину гарема Искандера, а другую мне оставь. Сам он уже староват для активных подвигов.