Внутри обложки — история о власти и ее жертвах. Когда главная героиня невероятно дерзко срывает договорные переговоры, ее наглость не остается незамеченной даже у самого высокого руководства. Война стилей и подходов превращается в кровавую драму, где каждый шаг влияет на следующий....
— Ну же, — простонала я, и он тут же убрал руку.
— Плохая девочка! — произнес вдруг строго. — Ты заслуживаешь наказания.
— Какого? — не успела испугаться, Слава достал из-под кровати небольшой пучок розог, увидев который я оцепенела.
Славкин взгляд успокоил, и я решилась узнать, что будет дальше. Однако когда он взмахнул розгами, и раздался свист, я сомкнула губы, приготовилась к боли.
После первого касания пугающего пучка к бедрам, вскрикнула. Скорее от ожидания боли, чем от настоящих ощущений. Ведь на удивление удар был терпимым.
За первый ударом последовал второй, третий. Затем пауза и касание пальцев Славки, от которых я вздрагивала, настолько приятно от неожиданной ласки.
— Ты моя! Только моя! — хрипло произнес Слава, хватая меня за выпоротые бедра.
Я широко развела ноги. Он, не вытерпев, ловко извлек из меня виброяйцо, отбросил его в сторону и провел головкой члена по моим половым губам.
В руках Славы появилась свеча, и мою кожу обожгла первая горячая капля. Неожиданно острое ощущение. Я едва дышала, вздрагивала, но совершенно не хотела прекращать эту сладкую пытку.
Он капал воском на мою грудь, на живот и… О боже, как смотрел! Взгляд Славы распалял не хуже, чем его нежные пальцы, ласкавшие мои влажные, набухшие складки.
— Ну же! — взмолилась я.
Лишь убедившись, что истомил меня до предела, он задул свечу, отложил ее в сторону.
Так и вышло. Славка впившись губами в мои губы, навалился на меня всем телом и одним движением вошел в меня полностью."
"Я выгнулась под ним, застонала. Если бы были свободны руки, вцепилась бы ему в спину. Но сегодня у нас все не так, а безумно страстно, ново, необычно. Поэтому не удивительно, что всего через несколько жадных толчков по телу разлился мощный оргазм, и я закричала.
Славка вскоре тоже. А после упал рядом, обнял меня и прошептал:
— Моя любимая девочка…
Эпилог
Римини, по мнению Маринки, звучит как макароны.
В каждый приезд я порывалась посетить здешний парк-музей, покататься на вагончике по монорельсу, налюбоваться южной природой.
