Автор
Офис был уютен, запах свежего кофе витал по всему пространству. Гирлянды на окнах создавали неповторимую атмосферу праздника даже зимой. Но даже этот необычный декор не мог скомпрометировать рабочий настрой — все упрямо стремились к своему заключительному сценарию перед новым годом....
Но если бы он всё же осмелился признаться себе во всём искренне, то выяснилось бы, что все героические попытки рационализировать свой поступок — обыкновенный обман. Что его умение мыслить рационально давным-давно отключено. Что он шёл на поводу у инстинкта, будто чуял, что их время вместе истекает, поэтому отчаянно пытался получить всё, что сможет, от того, что здесь и сейчас предлагала судьба.
Это, впрочем, никак не отменяло его искреннего и благородного желания её согреть.
Но он, конечно, сильно переоценил собственную выдержку, стоило ему воплотить в жизнь одну из своих самых сокровенных фантазий: безо всяких прелюдий и объяснений прижать её к себе — сонную, нежную, не сопротивляющуюся.
"Какое там сопротивление… она сама льнула к нему, заставляя его натурально гореть от ощущений. Лежать с ней в постели было благословением по многим причинам и по стольким же причинам — проклятием.
Пока они говорили, он умудрялся кое-как сосредотачиваться на разговоре. Потом она призналась, что никогда его не игнорировала, и тогда пришлось совсем тяжко.
Но ей нужно поспать, а ему — каждые полчаса проверять электричество по инструкции, придуманной каким-то идиотом. Придётся как-то справляться, что ли…
Впрочем, она ненароком приняла решение за него, когда мирно засопела у него на груди, наверняка умаявшись от всего, что успело произойти за эти несколько дней.
Сумасшедшие несколько дней.
Лучшие несколько дней в его жизни?.
Волков, так нельзя. Рви всё, к чертям. Забирай её, пока не появился очередной Сергей. Ведь точка невозврата давно пройдена. И если по твоему недосмотру в её жизни появится очередной мудак, ты же не успокоишься, пока не вытравишь его из её жизни. Будь честен хотя бы с собой! Ты её уже не отпустишь. У тебя просто не получится.
Вот лежишь ты здесь весь такой из себя джентльмен, не в силах ни к чему её принуждать. Молодец и умница.
А дальше-то что?
До старости вспоминать, как твоё благородство лишило тебя всего?
Потому что она и есть твоё всё.
Само собой, он не спал всю эту ночь. Да и кто на его месте смог бы? Он слышал, как она под утро выбиралась из постели, убеждённая, что он крепко спит. Бегала в ванную, проверяла свет — электричество до сих пор не включили. Уж он-то в курсе.
Вернувшись в постель, поколебалась всего несколько мгновений и всё-таки робко, почти боязливо прижалась к его боку.
