- Ну ты и мазила! - гогочет над кем-то нетрезвый голос, а затем издевательски выкрикивает на всю улицу: - Э, Снедурочка, алe! Сне-ду-роч-ка! Чe игноришь, глухая, что ли? У меня для тебя подарок есть, глянь сюды!
Машинально я поднимаю голову и вижу в окне общаги физиономию своего давнего мучителя. Хохотнув, он показывает мне средний палец.
- С Новым Годом, Снедурочка! Ты заходи, если че! Я от фригидности тя в два счета вылечу, ага?
Бух!
Странный глухой звук раздается позади меня почти одновременно со щелчком захлопнувшегося окна наверху.
Это совсем рядом, за углом общаги, где босс меня высадил.
Уж не знаю зачем, но я возвращаюсь туда посмотреть, что случилось... и с беспокойством замечаю белый внедорожник, который со всей дури только что въехал в большой сугроб на обочине.
Глава 16. Фурор в общаге
Фигура Морозова на водительском сиденье видна отчетливо. Только он вцепился в руль так, будто ему нехорошо. Может, его на дороге занесло, и он ударился?
Только этого еще не хватало!
До машины я добираюсь в считанные секунды.
Громко стучу в окно, задыхаясь от спешки.
- Матвей Эдуардович! Матвей Эдуардович, вы в порядке?
Вместо ответа он молча отключает блокировку дверей, выбирается наружу... а затем, сжав полную горсть снега в комок, прикладывает ее ко лбу.
- Ушиблись? - тревожно спрашиваю.
- Есть немного, но ничего серьезного, - сообщает он, не убирая снежный ком от лица. Из-за этого его голос звучит как-то странно. - А вот без эвакуатора теперь фольц не вытащить.
- Почему?"
"- Там колесо переднее то ли в яму провалилось, то ли за что-то железное зацепилось.
Сейчас службе маякну, приедут.
Я внимательнее приглядываюсь к месту, в которое въехала машина.
А, ну понятно. Насколько могу припомнить, на этой обочине находится сломанная решетка ливнево-канализационного стока. Наверное, колесо попало прямиком в прореху, где перекладин не хватает. Коммунальные службы не спешат что-то с этим делать, потому что целиком люди туда провалиться не могут, а серьезных травм пока никто еще не получал.
..
Но теперь уже, наверное, подсуетятся наконец, раз сам Морозов застрял.
Он наконец отшвыривает в сугроб остатки полурастаявшего снежка. На его лбу красуется кровоточащая царапина с алыми разводами вокруг. Я испуганно втягиваю воздух.
- У вас на лице...
- Знаю, не переживай, - прерывает он и, глянув на свои часы, небрежно спрашивает: - Кстати... ничего, если я у тебя в общаге эвакуатора дождусь? Не хочу на улице торчать.
