Автор
Роман юной секретарши заставляет её отправиться в незнакомый ресторан, где она встречает бывшего шефа. Веселые разговоры и танцы вокруг столиков перетекают в мимолётные эмоциональные вспышки. Ночь наполнена неожиданными邂逅，尽管她感觉自己是个局外人，但她被温暖的氛围和友好的面孔所吸引。...
– Залезай.
– Ты что? Я же в одежде!
– Плевать, у меня сушилка есть. Всё равно ты до утра никуда от меня не денешься.
Отметая в сторону протесты, тяну на себя Варю, она вскрикивает и приземляется в мои объятия. Влажная ткань трётся о мою грудь, а Варя охает и жмурится от попавшей в глаза воды. Отбрыкивается, но с каждой секундой сопротивление слабеет.
– Так будет удобнее, не находишь?
– Ты больной на всю голову, – кричит, отплёвываясь, мечет в меня яростные молнии. Толкает в грудь, но в жесте этом аккуратность.
Смеюсь, поднимая руки. Сдаюсь на её милость и просто стою, глядя на Варю сверху вниз. Голый, замученный болезнью, а ещё больше её лечением, но наконец-то готовый жить дальше.
Варя зачёсывает назад мокрые волосы. Отходит на полушаг, и вода уже не так яростно стекает по её хрупкой фигуре. Насквозь мокрое платье облепило стройную фигуру, делая её ещё соблазнительнее, желаннее, хотя, кажется, больше некуда.
– Теперь мне тоже придётся раздеться, – заявляет обречённо, но в глазах огненные вихри.
Она тоже хочет меня, что бы между нами не стояло, какие бы проблемы не тянули нас в разные стороны. Она меня хочет.
– Похоже, придётся. Плохо будет, если ты тоже заболеешь, – губы сейчас треснут от улыбки. – Ты очень красивая, когда сердишься.
Варя вздыхает и стягивает бретельку сарафана, обнажая округлое плечо. Я тут же касаюсь его пальцами, но вдруг руку одёргиваю. То, что я мокрый не значит, что чистый.
На полке слева немного косметики: мужской гель для душа, мочалка да пена для бритья. Больше ничего, потому что женщин в этой квартире не бывает. Как бы Юля ни пыталась уличить меня в изменах, я не изменял ей. До того как встретил Варю, главной моей любовницей была работа.
– Ты же понимаешь, что это всё неправильно? – шепчет моя правильная грустная девочка, а мне хочется разорвать себя на части.
Потому что больно смотреть в её глаза. В Юлькины невыносимо, на себя смотреть тошно. Но я не знаю, как мне выбраться из этого дерьма, как сделать так, чтобы никто не страдал.
– Я знаю, – закрываю глаза и втягиваю тяжёлый влажный воздух. – Давай сегодня ни о чём не думать. Просто быть. Завтра… можешь уйти. Я отпущу на рассвете, держать не стану. Но сегодня останься, мне слишком плохо без тебя.
С влажными шлепками Варя избавляется от мокрой одежды.
