В старом офисе под столкновение ждал младший босс с любопытством. Борис Игнатьевич не предвещал никаких кардинальных изменений в структуре управления, но делился сыну возможность получить практику работы. Сотрудники ожидательно наблюдали за вторым наследником гендиректора — пока он только начинал свой путь....
Теперь вспомните, как заказчик разорался и как легко ушел от договора с нами, не слушая никаких доводов. Его заказ как раз и был заранее обдуман, чтобы все началось. «Рек-про» не придется нас закапывать, мы сами с этим справимся.
Мы с Вестой переглядывались, а Стас вскочил на ноги и рванул по коридору. Замер через несколько шагов и побежал в другую сторону. Как раз там я его и перехватила:
– Ты куда такой взвинченный?
– Отцу надо сообщить! Пусть срочно отзовет иск! Или сначала Настю убить? Девочки, а давайте разделимся: я к отцу, вы – волосы драть шпионке? Я позже к вам присоединюсь.
Веста вскинула руку и осекла довольно холодно:
– Успокойся. Сначала к Борису Игнатьевичу, ему все подробно объяснить. А Насте пока ничего не сообщать – она не в курсе, что ее раскрыли, и это точно можно как-нибудь использовать. Полина, он всегда такой холеричный?
Я восхищенно уставилась на нее – Веста каким-то неведомым образом приняла на себя роль самого адекватного человека в нашей троице. Мы с ней пошагали за Стасом – вдруг у директора возникнут вопросы и к нам? Я сочла себя обязанной еще раз извиниться:
– Прости за подозрения.
Веста долго думала, стоит ли мне отвечать, но наконец-то соблаговолила:
– Евгений Михайлович всерьез думает о пенсии – это ни для кого не секрет.
– Так это же я! – выдохнула я, ничуть не тушуясь от обилия комплиментов – Веста досконально описала мой характер. Как и характер моей мамы заодно.
Она усмехнулась:
– Ну, может, он к тебе и приглядывался, несмотря на твой стаж. А потом что-то испортилось – Евгений Михайлович перестал видеть в тебе тактичного организатора, способного задвинуть эмоции на второй план.
