В старом офисе под столкновение ждал младший босс с любопытством. Борис Игнатьевич не предвещал никаких кардинальных изменений в структуре управления, но делился сыну возможность получить практику работы. Сотрудники ожидательно наблюдали за вторым наследником гендиректора — пока он только начинал свой путь....
Что рядом с ним никогда не будет просто – он подходит только той, кто никогда не сдается. А с какой стати я всю эту груду феерического барахла буду отдавать какой-то выскочке в дорогих шмотках?
Весь этот длинный мысленный монолог вылился в короткую сухую фразу:
– Алина, мы с ним встречаемся.
Ее щеки зарозовели – вероятно, она очень тактичный человек, который в такой немыслимой ситуации оказаться просто не мог. И залепетала так жалко, что мне стало не по себе:
– Извини… Извини, пожалуйста! Я просто подумала… вы ведь сами тогда сказали! Да разве я стала бы?.
– Сказали, – признала я. – И ввели этим тебя в заблуждение, наша вина. Но ты права в главном – мы со Стасом очень близки. С первого дня знакомства, и такое разрушить никому не под силу. Даже нам, хотя мы очень старались. Если не возражаешь, то навсегда закроем этот вопрос и сделаем вид, что мы его никогда между собой не поднимали."
"Все нужное сказано, но мы почему-то продолжали стоять замороженными статуями друг перед другом. Ну не просить же прощения до бесконечности? Меня чем-то накрыло, но я пока не могла сформулировать название этой глыбы.
– Да я сразу так и подумал, – Денис в странной ситуации оказался единственным, кого ничем не придавило.
Я отмечала дальнейшие события сквозь туман, все никак не могла отмереть: Алина, кажется, улыбнулась и ответила ему, что обязательно придет. Не вполне уверена, но она вроде бы то ли адрес, то ли номер его телефона записала.
Уснуть той ночью я не могла – глыба никуда не делась, так и давила сверху.
