И если я до последнего не желал винить Кравчик, то звонок от “хорошего знакомого”, расставил точки над “и”.
Я неспроста её вызвал.
Неспроста задавал вопросы.
У меня уже были ответы и я желал услышать их от неё.
Мог уволить без объяснения и разговоров, сразу поставить крест на её будущем, и так бы сделал, посмей она хоть раз обмануть или увильнуть от ответа. Я даже молился, чтобы она слукавила, но она… была мила, взволнована и честна. Как бы тяжко ей это не далось, Кристина выдержала испытание, и поэтому я её отпустил с миром.
Она почти ушла.
Я уже почти простился… был готов забыть… но последняя её фраза заставила меня призадуматься. Капнуть глубже, чем копал до этого.
Поэтому только дверь захлопнулась, я до ночи время потратил на то, чтобы обнаружить клубок лжи и предательства. Его нашёл, но ниточку только одну. Потому сантиметр за сантиметром начал разматывать. Пришлось пожертвовать некоторыми идеями, пообещать несколько проектов, взять лишних бюджетных работ… пока папка с делом “Крыса” не стала такой толстой, что у меня слов больше не было, лишь зубами зло скрипел. И матерился на чём свет стоит, потому что в данный момент времени с этим возиться не было от слова “совсем”, мне срочно проект спасать нужно, а осталось времени — всего ничего.
Я никому не мог больше доверять. НИКОМУ!
Покосился на графин с коньяком. Глоток… чтобы нервы успокоить. Чуть отдышаться, побарывая шум в голове, вызванный бессонницей.
Глоток, второй… коньяк приятно обжигал горло и горячил желудок. В голове становилось воздушно, а тело наоборот наливалось тяжестью…
* * *Очнулся от звонка."
"Увидев на экране “Ангелина” первым порывом было телефон выбросить в окно, но я справился с нелюбовью к бывшей и незнамо зачем ответил:
— Да.
— У меня есть к тебе предложение, — удивительно спокойной начала Лина. Как бы я её не презирал за синдромы “кукушки” и “приживалки”, каким бы сучизмом она не страдала, Агнелина выгоду не упускала, и могла быть полезной. Поэтому и звонок её был сугубо по делу и корысти ради:
— Хочу тебе кое-что рассказать, но пообещай, — торги были не лучшим вариантом при общении со мной, но в данный момент, я просто её слушал, — хотя бы просто пообещай, что поговоришь с Лерой насчёт меня, — первым желанием было её послать, но… не знаю почему не сбросил вызов:
— Я не буду приказывать или заставлять, — честно признался, пятерней взъерошив волосы. Уже была глубокая ночь, а я до сих пор сидел в офисе.
За столом напротив мучительно грызла карандаш “светлая голова” Ксю, беспрестанно ноя, что полностью выложилась в первый раз. Только вот других проверенных дизайнеров — у меня нет. И даже её “феечкину” команду звать отказался. Я — не дизайнер, а так бы сам малевал почеркушки.