Встреча двух мужчин в непростом дружеском конфликте приводит к неожиданным последствиям, заставляющим перечеркивать все ожидания. В бурном Прологе Ботан вынужден смириться с угрюмым фактом, который меняет его жизнь и общение до глубокой ночи.
Вот реально, возьму и выпорю без какого-то подтекста. Разукрашу его задницу красными отметинами. Остаётся только надеяться, что мелк… Да блядь!
Мои мысли прервал детский плач из розовой рации. Ну, Соколов!
Встал с кровати, надел штаны и пошёл к мелкой. Она стояла на ногах в кровати, держалась за перила и рыдала. Красное лицо, слёзы и сопли. И что мне, блядь, со всем этим делать?!
— Эй!
Она сразу же прекратила плакать и внимательно посмотрела на меня.
— Мелкая, что за трагедия?
Не знаю, почему именно, но она засмеялась.
— Так-то лучше. А то развела тут истерику. — Я стал приближаться к кроватке, и она тут же потянула руки ко мне. — Э-э-эм, слушай! Я, конечно, возьму тебя на руки, но ты знай: я занят! И твой брат вряд ли отдаст меня без боя.
Мелкая хохотала во весь голос, будто понимает, что за бред я тут несу."
"Взял её на руки и спустился на первый этаж, сел с ней на диван и включил телик, хотел отпустить её на диван. Но мелкая вцепилась в меня и начала хныкать.
Сидел с ней на руках и смотрел дурацкий мультик. В какой-то момент она повернулась ко мне и сказала только одно.
— Мама!
И меня бросило в жар.
Сама слезла с меня и пошла кривой походкой в сторону кухни.
— Мама!
Чёрт! Черт! Чёрт! Это, блядь, пиздец просто.
Бедный ребёнок не понимает, что мамы больше нет. Что она ей не ответит, сколько бы та её не звала. Не найдёт её не на кухне ни в другой комнате.
— Мелкая!
Ну и разгон у неё, поймал уже на лестнице.
— Куда бежим?
— Мама?
Ну всё, губы дрожат, глаза блестят. И как мне быть? Я не умею говорить, а тем более сказать ребёнку, что её мать умерла. И где Артёма носит? Придёт — убью!
— Давай мы посмотрим с тобой мультик, а потом…
Свалю на Тёму это. Не хочется и его душу тревожить, но выбора нет. Впереди ещё и морг, и похороны. М-да, туго будет.
Послышался щелчок двери, и мелкую как ветром сдуло.
— Мама! — радостно крикнула она.
Блядь, капец как это терзает изнутри.
Встал и пошёл за ней, и не зря. Артём застыл с пакетами в руках, бледный как мел, с огромными глазами и страхом в них. Сейчас буду обоих успокаивать. Думаю, не получится побыть тут подольше.
69
— Мелкая, давай, иди ко мне, — попытался взять её на руки, но она как начала орать во весь голос со слезами. Вцепилась в ногу Артёма и дёргала его.
— Возьми это, — взял Тёма себя в руки.
Я забрал у него пакеты и поплёлся на кухню.
