Встреча двух мужчин в непростом дружеском конфликте приводит к неожиданным последствиям, заставляющим перечеркивать все ожидания. В бурном Прологе Ботан вынужден смириться с угрюмым фактом, который меняет его жизнь и общение до глубокой ночи.
— Ещё раз увижу тебя рядом с ним, выбью зубы и заставлю тебя их съесть.
Я не сомневаюсь, что он вполне способен это сделать, потому, поняв, что Андрей собирается что-то сказать, я мотнул головой и он промолчал.
— Пойдём, я тебя провожу…
— Сам дверь найдёт, — буркнул Стас, я бросил на него злой взгляд, а он только бровь вопросительно поднял.
— Прости за это, — открыл я входную дверь.
— Да я понимаю, ревнивый он у тебя, — хмыкнул Андрей.
— Я не…
— Не объясняй. До завтра. — Он вышел, не давая мне сказать ничего.
А что, собственно, я должен был сказать? Что Черный поимел меня один раз и сейчас ведёт себя так, будто я его собственность?
— Что за хуйня? Я что не ясно выразился? — спросил он, как только я зашёл на кухню.
— Что ты хочешь? — с выдохом спросил я, прислоняясь к стене.
— Тебя, — серьёзно ответил он. — И на будущее. — Он сделал шаг ко мне. — Если тебя трахаю я, то это делаю только я! — Ещё шаг в мою сторону, а меня уже трясёт. — Пока мне это не надоест. — Он стоял настолько близко, что его запах окутал меня всего.
Я молча кивнул, потому что я, на удивление, не против, я хочу, чтобы он меня трахал, хочу и не вижу причин этому противиться, а мысль, что он меня ревнует, не может не радовать.
Я сам потянулся к нему и поцеловал, легко и нежно. Его губы, пухлые и мягкие, со вкусом сигарет, кажутся такими вкусными. Он отстранился, посмотрел внимательно в мои глаза, потом положил руку на мою шею и впечатал с силой в стену.
— Я вытрахаю из тебя всю дурь, — и жадно накрыл мои губы, не убирая руку с моей шеи.
Вторая рука зверски вцепилась в рубашку и вытянула её из брюк, после чего проскользнула под ней и коснулась живота. Я вздрогнул, и кожа покрылась мурашками от жадных прикосновений. Когда он отпустил моё горло, я поднял руки и сомкнул их на его шее, притягивая ещё ближе. Наши языки проникали глубоко друг другу в рот, он целовал так напористо, будто хотел меня клеймить. Руки гладили по спине, иногда сжимая кожу до боли, до сладкой боли.
Стас взялся за полы моей рубашки и потянул с силой в разные стороны, по полу прокатились пуговицы. Я потянулся к его косухе и снял её с его плеч, пока он смотрел с похотью на меня и расстёгивал мои брюки. Одним движение спустил их вниз вместе с боксерами, и я ахнул, когда его рука коснулась моего каменного члена. Взялся за ремень его брюк, но руки так дрожали, что не смог ничего сделать, он рыкнул и сам снял их с себя.
