Встреча двух мужчин в непростом дружеском конфликте приводит к неожиданным последствиям, заставляющим перечеркивать все ожидания. В бурном Прологе Ботан вынужден смириться с угрюмым фактом, который меняет его жизнь и общение до глубокой ночи.
— Кое-что ещё закину и всё. А ты? Как же твои вещи?
Он же не передумал?
— По дороге к аэропорту заскочим ко мне, и я возьму какую-нибудь одежду, — отмахнулся он и, сев в кресле у окна, следил за моими действиями.
— Скажешь, куда ушёл утром? — продолжал складывать вещи и как бы невзначай задал вопрос, взглянув одним глазком на него.
— Скажу. — Он кивнул, но скрыть вмиг напрягшееся тело и нервное ёрзанье на кресле, ему скрыть не удалось.
— Когда? — не унимался я.
— Позже, — избегал он моего взгляда.
— Но сегодня?! — Я его достану, но всё из него вытащу.
— Сегодня! Что ты докопался, Соколов? — раздражённо ответил он, всё же удостоив меня взглядом.
— Потому что мне нужно знать, почему ты меня говном поливал в больнице, Чёрный? — в тон ему высказал я.
— Не называй меня так! — ткнул пальцем в меня.
— Аналогично, знаешь ли, — подался вперёд.
— Я предупредил!
Ну, конечно, испугать вздумал.
— А то что? — Вот зачем я его сейчас раздражаю?
— Соколов! — встал он с места.
— Чёрный!
Он в два шага оказался возле меня.
— А то вытрахаю всю дурь из твоей умной башки…
По телу разлилось тепло.
— …и заставлю кричать моё имя, пока голос не сорвёшь.
Бросило в жар, как только представил эту картину.
63
Артём
— Не верю!
Да, да, я специально. Мы слишком долго были в разлуке, я соскучился по его грубым и настойчивым рукам. По его губам, что шепчут пошлости, пока он берёт меня сзади. И по его члену во мне. И вчерашний секс на кухонном столе не утолил и каплю того голода.
— Ты играешь с огнём! — взял за талию, притянул к себе, вдавливая меня в своё тело и впился в мои губы.
Напористый и шершавый язык скользнул в мой рот. Губы со вкусом сигарет и ментола, его такой родной запах. Теплота его тела и его сердце, которое бьётся о его рёбра так сильно, что и я чувствую.
— Опоздаем на самолёт. — Он оторвался от меня и развернул к открытому чемодану. — Шевелись! — хлопнул по попе и, подтолкнув к кровати, вышел из спальни, а я остался в ступоре и со стоявшим членом.
Весьма неожиданно, он редко от секса отказывается. Но подумал, что он так меня наказывает за то, что ослушался. Ничего, мы тоже умеем наказывать и мстить.
Через два часа мы уже были в самолёте, я немного нервничал и мысли всё возвращались к тому дню, когда мама говорила, как соскучилась. И что просила приехать, а я не смог из-за работы. Поставил работу превыше своих родителей. Никогда себе этого не прощу. Надо было бросить всё и лететь к ним.
