Похоже, что она успела обшарить карманы всех мертвецов — на земле лежат десять мешочков с деньгами, все одинаковые — кроме одного, тот выглядит помассивнее. Видимо кошель начальника.
— Все мертвые? — спрашиваю я, подходя ближе."
"— Кроме нее — Скарла кивает на бледную, держащуюся за бок наемницу, которой я всадил в бок кинжал. Сильна, зараза! Вот же бабы живучие! Мужчина давно бы помер с такой раной.
— Остальные? — киваю я на тела нападавших.
— Покойники — пожимает плечами Скарла, щупая шею Гана. Ее брови удивленно поднимаются «домиком» — А ведь живой! А я думала — конец парню! К лекарю его надо, скорее.
Только вот оружие соберем — не бросать же? Эту (она кивает на женщину-наемницу) — сам добьешь? Или мне?
— Допрошу — буркаю я, подойдя к раненой — Оружие собери. И кольчуги тоже. Грузите в повозку. И…добейте лошадей. Не могу слышать их стоны…
— Чувствительный, да? — усмехается бледная, как мел наемница — Жалко небось животин, маменькин сыночек?!
— Жалко — киваю я, и вздыхаю — Только маменьки у меня нет.
Померла родами.
— Ты еще заплачь, щенок! — усмехается женщина, и обнажает в улыбке некрасивые кривые зубы. Она чем-то похожа на героиню сериала «Игра Престолов» — женщина-рыцарь леди Бриенна. Только эта гораздо страшнее. Впрочем — такой по книге Мартина и должна была быть Бриенна — страшная, как черт, кривозубая, и при этом высоченная, сильная как мужик.
— Кто вас нанял? — спрашиваю я спокойно — Вас наняли, чтобы убить меня. Кто и почему? Кому я насолил?
— Да пошел ты! — кривится женщина, и я искренне вздыхаю.
Не люблю ЭТОГО. Сколько раз я слышал на свой четкий и недвусмысленный вопрос такой вот дурацкий ответ. Зачем хорохориться, ведь все равно скажет! Только помучается перед смертью.
Я тут же сообщил о данной мысли моей пленнице, и получил тот же самый ответ, только подкрепленный тремя пакостными ругательствами. Ну что же…и такое было. Достаю кинжал, подхожу к раненой, и без предупреждения вонзаю клинок ей в плечо. Глубоко и очень больно.
— Аааа! Сука! — женщина кричит, извивается, отталкивает меня рукой, пытается отползти, но я продолжаю ковырять в ране, и выдергиваю кинжал только секунд через десять, решив что клиент наконец-то созрел. Полевой допрос третьей степени…а что делать? Времени на уговоры нет.
— Кто послал, зачем? — продолжаю зудеть я — Отвечай! Или тебе будет очень больно!
Женщина уже не ругается, она молчит, а на выпуклом лбу выступили крупные бисеринки пота.
