Автор
Жанр
Кирилл Мясищев попадает в мир меча и магии, где он сталкивается с аномалией и обретает необычную магическую силу. Он оказывается в центре конфликта, когда его вмешательство влияет на судьбы могущественных существ и богов. Перед ним открываются новые интриги о природе реальности и власти.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Божественный уровень»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Кирилл Мясищев попадает в мир меча и магии, где он сталкивается с аномалией и обретает необычную магическую силу. Он оказывается в центре конфликта, когда его вмешательство влияет на судьбы могущественных существ и богов. Перед ним открываются новые интриги о природе реальности и власти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Георгий Лопатин Легкое чтение Фантастика Попаданцы Фэнтези подборки серии
Кирилл Мясищев попадает в мир меча и магии, где он сталкивается с аномалией и обретает необычную магическую силу. Он оказывается в центре конфликта, когда его вмешательство влияет на судьбы могущественных существ и богов. Перед ним открываются новые интриги о природе реальности и власти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ты… это самое… – задохнулся я от возмущения под усиливающийся хохот. – Ты хоть понимаешь, что сейчас со мной сделала?!
В моей спальне зазвучал откровенный ржач.
– Почему ты злишься? Ты ведь остался рассаром, без чего тебе было бы сложно…
– Так-то оно так! Да не так! Одно дело, когда кто-то подселился посторонний, и совсем другое, когда во мне сидит уже нечто с частью меня! Совсем другой философский смысл! Ведь ты сама сказала, что использовала часть моей души для создания нового подобия! Объясните ей кто-нибудь, а то у меня язык про себя такое сказать не поворачивается… – сдался я. – А то просидела у меня в голове черт-те сколько времени, а не понимает простых вещей…
– Ты из него, ха-ха, другими словами, беременного сделала! – хохотала орчанка.
Мне вспомнился известный персонаж Шварценеггера на девятом месяце беременности. Брр…
– Я как-то не подумала об этом в таком контексте… – виновато потупилась ангелесса.
– И кто у вас будет?! – хихикнула Зеленоглазка. – Мальчик? Девочка?
– А это ты его теперь спрашивай, кого захочет, того и родит, – перешла в наступление Шиза, решив действовать по формуле «лучшая защита – нападение».
– Забирай немедленно! – взвыл я.
– Хорошо-хорошо, не надо так нервничать, – улыбаясь, сказала ангелесса, – заберу, как только наберешься божественных сил и сможешь ими компенсировать то, что обычно делал с помощью рассарской энергии.
– Она права, – заметила Лития. – Без рассарской сути тебе придется туго.
– Ладно, – махнул я рукой.
В конце концов, во мне сидит лишь энергетическая сущность, а не физическая, так что… Нет, даже думать на эту тему не стану, а то так можно заработать какую-нибудь фобию, а психиатров, как я не единожды уже отмечал, здесь нет, и неизвестно, когда появятся, если вообще появятся. А бог, пусть пока только будущий, с психическими расстройствами, это… это страшно.
В том, что вражеской армии потребуется минимум месяц на преодоление Топи, я слегка ошибся. Раза так в два… Мои представления о скорости хода основывались на прошлом опыте вторжений, когда армии врагов вели маги. Но в этот раз первую скрипку играли жрецы, а это, как говорится, совсем другой коленкор.
Маги для улучшения пути использовали собственную силу, укрепляли грунт, осушали землю и так далее, а потому несложно понять, что при такой нагрузке они быстро выдыхались, хоть и старались выкладываться как можно реже и на самых трудных участках. Жрецы же почти всегда пользовались силой паствы своего бога, а ее, этой паствы, полмиллиона человек.
А теперь представьте, что все эти полмиллиона в едином религиозном порыве под предводительством жрецов, впадая во время марша в транс, распевают псалмы, словно это какие-то полковые песни.
