Внезапный дождь и мысли о романах отвлекают на приятные повседневности. В этот день хочется выбраться из дома, но какой-то непонятный зов тянет куда-то еще. Светлый, загадочный сюжет "Божий дара" словно кричит о приключении и новых впечатлениях за городом или даже за пределами страны. Такой роман будет отличным выбором для того момента, когда хочется слиться со всеми звуками и красками окружающего мира, подальше от душных офисов и ежедневной рутины....
Договорились?
Давным-давно, еще в студенческие годы, мы с Машкой пошли на институтские соревнования по боксу — поболеть за наших ребят. Я сидела на трибуне и все думала: интересно, что чувствует боксер, когда его бьют в живот?
Прошло почти пятнадцать лет, и я наконец поняла что.
Сегодня, увидев Кирилла у себя на пороге, я снова задохнулась, будто мне со всего маху дали в солнечное сплетение. О чем нам после этого говорить? Ну вот о чем? Рассказать ему, как это бывает, когда всерьез жить не хочется? Объяснить, почему сбежала из прокуратуры? Что служебная квартира, которую дают работникам суда и не дают работникам прокуратуры, — только повод? А на самом деле ты просто не можешь больше работать с людьми, которые тебе доверяли, а ты из-за чувств-с вообще-то их предала.
Наверное, я максималистка, больше того: скорее всего, я совершеннейшая идиотка и никогда не научусь рассуждать, как взрослые разумные люди, к когорте которых принадлежит Кирилл. Но я хочу, чтобы мою свободу ограничивал единственный любимый мужчина.
— Я хотел поговорить о нас, — сказал Кирилл.
— Нас нет. И говорить не о чем. Ты меня использовал, я была дурой, больше дурой быть не хочу. Разговор окончен. Уходи и больше не появляйся, договорились? Если хочешь, можешь сразу припомнить, не забыл ли ты у меня что-то, кроме камеры. Потом я тебя не пущу, а вещи твои выброшу.
— Слушай, Лен, мы взрослые люди…
Господи, как же я это ненавижу! Как я ненавижу взрослых людей с их взрослыми отношениями, в которых никто никого не ограничивает и никто никому ничего не должен!
— Зачем ты устраиваешь на пустом месте целую трагедию? И в дом не пущу, и для меня тебя не существует, просто малый театр, вишневый сад, честное слово. Ну в чем драма жизни, а?
— Нет никакой драмы, о чем ты? Ни драмы нет, ни жизни. Было — и прошло.
— Ну, хорошо, ты обиделась.
Значит, вот как. Значит, это я ушла. Наверное, мне должно быть стыдно, что я его вот так вот бросила на произвол судьбы. Только почему-то мне не стыдно. Больно. Но не стыдно."
"— Я не собираюсь никому плевать в лицо, — сказала я. — Меня не так воспитывали.
