И все бы ничего, вот только я открыла для себя большую неожиданность — брачная татуировка просто невероятнейшая и сверхчувствительная эрогенная зона! От простого поглаживания я готова была выть в голос. Но все мои попытки вырвать руки, или, хотя бы прекратить поглаживания, сводились на ноль. Для себя я поняла, что мой «муж» очень мстительный и злопамятный человек.
Спасало только то, что мы не весь день пробыли в компании членов его семейства. Были и перерывы, на которые я практически молилась. Наедине герцог был подчеркнуто учтив и сух, не предпринимая даже попыток ко мне приблизится или дотронуться. Зато как смотрел паршивец! Было явно видно, как он наслаждается моим тихим бешенством и попытками успокоится, после «поглаживаний».
На мою вежливую просьбу (пусть и сказанную сквозь зубы) больше так не делать, тот невозмутимо поинтересовался «почему?». И что ответить ему? Да не в жизнь не признаюсь вслух, как именно на меня действуют его прикосновения!
На мой короткий ответ: «Мне неприятно», пришел не менее лаконичный: «Терпи».
И ведь знает правду, Хамло. По глазам наглым и насмешливым вижу, что знает. Но хочет вытащить из меня признание. И не факт, что успокоится, после того, как его получит.
В общем, в город я уезжала как на праздник, помня, что у герцога там дела, и видеться, хотя бы первое время, мы будем редко.
— Что это за дрянь такая? — возмутилась я, суя под нос брату татуировку.
— Брачная татуировка. — невозмутимо пожал он плечами. Спасибо за очевидный ответ! А то я не догадывалась! Вот уже неделю пытаюсь оттереть, но не получается. Аллергия, наверное! Клубники переела.
— Я не про это спрашиваю. Почему она так на меня действует, когда Венес прикасается ко мне?
— Может дело не в татуировке? — ехидно поднял он брови, демонстративно поглаживая узор. Ничего. В смысле, я ощущаю прикосновение, но ничего сверх того не чувствую. В жар не бросает, нервной дрожи не вызывает.
Я с ужасом и подозрением подняла на брата глаза.
— Ты на что, это, намекаешь? А?!
— Быть может, дело в тебе? — криво усмехнулся потенциальная жертва жестокого убийства. — Точнее в твоем отношении к Венесу. Он тебе нравится? — прямо спросил Ивар, чем заставил меня задохнуться от негодования.
Мне?! Венес?! Это Хамло аристократическое? Да три «ха-ха»!
Ну… может не три… Но два точно!
— Да… Ты… Он… А ты… — пыталась я подыскать что-то емкое и в меру приличное. Пока получался исключительно мат.
— Можешь не отвечать. — гаденько так усмехнулся братец. — Насколько мне известно, это — нормальная реакция татуировки на прикосновение супругов. — я выдохнула чуть свободнее. — Вот только работает она не всегда, только когда супруг вызывает симпатию. — мерзенько добавил он.