- Денис! Ну что ты, как в воду опущенный! Из-за драки нашей переживаешь? Да брось ты! - прервал мои размышления Коля, догнавший меня, сильно оторвавшегося от всей компании и шагающего, оказывается, метрах в тридцати от нее по расчищенной трактором дороге - Арман с товарищем постарались. Арман знал, что с горки мы всегда катались, если приезжали зимой. А Сергею после поездки за мальчишками я предложил за расчистку вокруг дома приплачивать, и он не отказался.
Я промолчал, и Коля, видимо, принял это за нежелание говорить с ним:
- Ну, чего ты взбеленился-то? С мальчишками все в порядке! Мать твоя звонила - Лидка в норме уже. Я ж извинился! И сам уже извелся - понимаю ведь, что поступил, как идиот, когда их с собой потащил!
- Идиот ты и есть, - буркнул я.
И ему бы пошутить на эту тему или хотя бы просто промолчать. Но Коля вдруг выдал:
- Не-ет, племянничек! Мальчишки это не всë, что тебя из себя вывело! Я ж тебя, как облупленного, знаю! С детства, блядь, вместе по бабам ходили! Ты из-за Наташки кулаками машешь...
Начинало темнеть, и справа вдали у горизонта алым заревом горела узкая полоска неба - завтра будет сильный мороз. Вдалеке, не иначе как в стороне посёлка, раздавались звуки, похожие на хлопки - салют что ли взрывают? Или... может, охотится кто-то? Открыт сезон охоты или нет?
- Чего не отвечаешь? - не унимался Коля, стоя рядом со мной на краю пологого обрыва, с которого мы обычно катались.
- А что тебе ответить? - вздохнул я и обернулся к остальным, бросив сквозь зубы. - Но всë в силе - тронешь её, пожалеешь!
Он злорадно хмыкнул, но при всех не решился продолжить наш разговор. Наоборот, весело закричал в их сторону:
- Ну что? Трое саней - три пары! Как делиться будем?
- Чур, я с Денисом! - тут же отреагировала, не пойми откуда свалившаяся мне на голову, Снежана (и на хрена я её звал, идиот!).
- Ну, а мы тогда с Наташей поедем! - нарывался, то ли специально, то ли от своей непроходимой тупости, Коля.
Он шагнул в её сторону, вызывая у меня дикое желание буквально зарычать, как животное. А она... она вдруг отшатнулась ко мне, словно ища защиты... От него у меня!
И мне стало безразлично все - ухмылка на лице моего "любимого" дядюшки, Снежана, тянущая ко мне свои загребущие ручки, понимающий взгляд Инги.
