Автор
Верховой дворец под крылом молодого герцога становится местом, где обычные законы нарушаются. Каждая ночь явились белые крылья — невесомые символы свободы среди серых стен величавого особняка. Смех и шепотки облетают все поместье, но никто не знает, что в ответ на каждый вопрос лишь улыбка или молча тонкие линии крыльев, приглашающие заглянуть за их белые щиты....
В общем, как всегда, когда именно мне что-то надо, ничего путного не говорят. Тогда обратилась к последним записям из тетради. Это те записи, что я наспех делала из последней, доверенной мне принцем книги о рунах. Нашла, наверное, единственное, что может в этом случае относиться к нашей ситуации, а после попросила сделать новый привал.
Пока воины отдыхают, подготовила себе место — притоптала, а затем разгладила палкой снег до такого состояния, чтобы на нем можно было писать. Этой же палкой выписываю рунические круги.
На рисование потратила не меньше часа. Принц м воины зря времени при этом не теряли, расчищали и топили снег на дороге. Впереди. Рядом остались за мной следить только пара воинов.
Прыгаю в центр круга, стараясь не задеть ни одной надписи. Чувствуя себя немного глупо, вслух взываю к силам природы на помощь заученным из книги текстом. В успех предприятия не верю. Охраняющие меня воины смотрят на меня сочувствующе, как на душевнобольную, я и сама так себя чувствую.
С удивлением замираю, когда начерченные на снегу руны начинают мягко светиться, а затем их светящиеся копии поднимаются над снегом и взмывают вверх под слаженное: “О-о”, со стороны охраны.
Круги со светящимися рунам поднялись до уровня моего лица и пустились вокруг меня в хоровод, причем с каждым новым мгновением ускоряющимся, как будто нетерпеливым, требующим свободы.
Что сотворила, непонятно, и главное, что дальше.
Рунические круги вращаются все быстрее, светятся ярче и я, в отчаянии, не зная, что еще предпринять, взметнула руку вверх, пальцем показывая на небо.
