В нежной истории о молодой женщине и её семье, все кажется обыденным до тех пор пока она не понимает, какую роль играет каждый день в формировании их будущего. Несмотря на трудную жизнь с мамой и дочкой, героиня у discovering уникальные способности к восстановлению семейных связей, открывая новые грани человеческих отношений.
Берта, утирая платочком пот со лба, недовольно бурчала:
- И зачем бы, госпожа баронесса, мы сюда приехали? Места тут не самые спокойные. Эвон, полюбуйтесь… – она кивнула в сторону одного из судов, с которого по широким сходням скатывали огромные бочки.
Возле сходен стояли двое мужчин и ругались так, что ветер периодически доносил даже до нас отдельные слова. Тот, что меньше ростом, наскакивал на собеседника, как молодой задиристый петушок, и казалось, что драка неминуема. Вокруг нашей коляски и в самом деле сновали не слишком хорошо одетые люди. Впрочем, в этой толпе можно было разглядеть и весьма дорого одетых господ.
Я уже немного научилась оценивать социальный статус местных по одежде, потому видела, что кроме матросов, солдат и офицеров, легко отличаемых по форме, здесь ходят и богатые горожане, и очень богатые купцы. Однако основная масса людей все же была одета в рабочие робы и не носила обувь. К счастью, особого внимания на нас в этом столпотворении никто не обращал.
Ждать Бруно нам пришлось довольно долго. Тень от здания, возле которого он оставил нашу коляску, заметно сдвинулась, и теперь солнце светило прямо мне в глаза. Хотелось пить, и я чувствовала угрызения совести за то, что Берте пришлось поехать вместе со мной. Впрочем, одну бы меня она всё равно не отпустила.
Бруно вернулся, и даже издалека, как только я его рассмотрела, стало понятно, что ничего он не нашёл. Молча забрался на козлы, и мы отправились домой. На завтра я заехала в канцелярию градоправителя и, высидев больше двух часов в очереди, подала прошение “Об установлении даты пропажи”. Затем, просто для очистки совести, заехала к бывшему опекуну Эрика.
Мерзкий старик только раскудахтался над моими словами. Это он так смеялся, попутно объясняя мне, что ему дела нет до мальчишки:
– Жаль только, что деньги вы содрать с меня успели. Ну вот, за эту самую жадность Господь и покарал вас! Обобрали бедного старика, ан Господь-то всё видит! Ступайте отсюда, ступайте…
В последующие дни я предприняла ещё две попытки поиска, закончившиеся такой же неудачей. Один раз мы ездили на окраину города, где располагалось что-то вроде солдатского городка, а в казармах жили воинские части. Въезд был перегорожен шлагбаумом, но дежуривший в небольшой караульной будке капрал любезно побеседовал со мной. Ничего важного от него я не узнала.
Да, в воинских частях есть несколько подростков, но всех их капрал знает лично, и служат они уже от года до двух. Почему-то капралу я не слишком поверила.
