Автор
В зале ресторана наступает мертвое молчание, когда диктор новостей оглашает страшную новость о крушении вертолета с двумя пассажирами — Алексеем Лавровым и его супругой. Но для Татьяны Лавовой эта информация меняет все. Она узнает, что сама признана супругой адвоката по ложным данным, чтобы скрыть истинные отношения между ними. Теперь она вынуждена жить под прицелом прессы и закона в роли фиктивного мужа, пытаясь оградить своего истинного супруга от беды....
Не с трапа, раньше началось. Когда Лис бросил отчет наружки. На фотографиях было видно, что малышка ждет ребенка. Я сразу понял, что он мой. Чей еще? О другом мужике даже думать не могу, стоит только свернуть в ту сторону, как внутри полыхает, лижет огнем все внутренности. Нет, не было у нее другого! Мой это, мой ребенок!
Стакан крошится о стену. Момент замаха не помню, прихожу в себя, когда к ботинкам падают мелкие осколки. Из угла выглядывает охранник, но тут же сваливает подальше, заметив мое состояние. Я же снова оглядываюсь и понимаю, что место выбрал чудесное.
Испуганная, бледная. И молчащая о том, что Лавров ей никакой не муж.
В этом номере мы и познакомились. Может, и началось всё тут, а не с трапа или фотографий.
— Кто тут грустит? — сладкий женский голосок раздается справа. — Разве можно грустить вечером в субботу? Это непозволительно, мистер Капо.
Крошка в легком платьице обходит меня и выныривает прямо перед лицом. У нее нет имени, но есть отменная фигурка. Она плавно прогибается в спине и кладет ладони на мои плечи, не забывая провести пальчиками с лаской. Красивая, без дешевизны, с такой и правда можно забыться.
Она ловит мой взгляд, в котором прочитывает заинтересованность, и облизывает пересохшие губы. Улыбается ярче, обнажая белые зубки.
— Я вас задерживаю за то, что вы грустили, — добавляет она, смелея.
— Для чего? — усмехаюсь.
— Я должна вас наказать, — она переходит на соблазнительный шепот и прогибается сильнее, наталкиваясь на мою грудь третьим размером. — Тут есть камера… ой, комната для плохих мальчиков.
Я поднимаю ладонь и сжимаю ее плечо. Внутри лениво чиркает. Не более.
— Можешь наказать меня здесь, — бросаю ей в глаза.
Она не сомневается ни секунды. Трогает тонкими пальчиками мою ладонь, поворачивает ее к своим губам и жадно жмется.
— Мистер Капо…
— Заткнись.
Она послушно кивает. Кладет ладони на кожаный ремень и умело расправляется с замком. Так умело, что ленивая искра гаснет окончательно. Одна механика, ничего больше. Я отталкиваю девчонку, перебарщивая с силой, и слышу, как он сдавленно выдыхает и закрывает лицо ладонями. Словно уже не раз получала и знает, как надо группироваться.
