Автор
В зале ресторана наступает мертвое молчание, когда диктор новостей оглашает страшную новость о крушении вертолета с двумя пассажирами — Алексеем Лавровым и его супругой. Но для Татьяны Лавовой эта информация меняет все. Она узнает, что сама признана супругой адвоката по ложным данным, чтобы скрыть истинные отношения между ними. Теперь она вынуждена жить под прицелом прессы и закона в роли фиктивного мужа, пытаясь оградить своего истинного супруга от беды....
Я вдруг понял, что время в любом случае играет мне на руку, его эпоха уходит, а я только матерею. Становлюсь сильнее, пока к нему крадется старость. Он перестал быть достойным соперником и мне больше не хотелось его крови. Переиграть — да, забрать бизнес и оттеснить от главных сделок — да, но не уничтожить. Это прошло."
"— О какой помощи ты говоришь? — с холодным подозрением кидает старик. — Что еще пришло в твою больную голову, Капо?
— Скажи мне одну вещь. Ты рад, что потерял столько лет вдали от дочери? Не видел, как она растет, как становится взрослой…
— Ближе к делу.
— Ты тоже не святой, Самсонов. Мы оба с тобой знаем, что мы за люди. В каком окружении набрали вес, что творили и как зарабатывали. Уверен, ты не рассказал ей и сотой части того, через что прошел. Ей и не нужно знать. Это мужской мир.
— Ты сам втянул ее в него. Ты сделал ее частью сделки.
— Я жалею, — горло жжет от произнесенных слов. — Я не могу без нее. Слышишь? Я не могу потерять ни ее, ни ребенка.
— Ты бредишь.
Он отмахивается от меня, не веря в то, что я несу.
— Я сейчас говорю с тобой не как с конкурентом, а как с ее отцом. Я не собираюсь давать клятвы и много говорить, ты всё равно не поверишь. Но не начинай войну, я не собираюсь воевать с тобой. Не прячь Таню от меня…
Я слышу мужской возглас на заднем фоне. Кто-то громко сообщает “приехала!”, и старик тут же бросает трубку.
Но она дома.
Это хорошо.
Сейчас успокоится, придет в себя.
Малышка…
На нее нельзя давить, но и бездействовать я не могу. Как проклятый экзамен! Впервые за долгое время я чувствую, что мои методы не работают. Ни власть, ни деньги, ни связи. Всё то, чего я добивался долгие годы, тут бесполезно.
Нужно другое.
В голову ударяет ее последняя фраза.
“Но мой отец не требует выкуп.”
Выкуп.
Она так это назвала.
Эти мысли разгоняют пульс. Я иду к столику, на котором стоит раритетный стационарный телефон,и прошу соединить меня с офисом. Там берут трубку сразу, я слышу любезный голос секретарши, которая боязливо выдыхает, когда понимает, что звонит босс.
— Мне нужен Трубов. Он на месте?
— Да, конечно. Сейчас соединю.
Еще несколько секунд ожидания.
— Господин Чертов, — начинает юрист.
— Трубов, ты вел сделки в прошлом квартале?
— Самсоновские? Да, я.
