Автор
Эль принца Эдуарда Плантагенета в Брачном призе, где симон де Монфор избирается лидером боярыней за невесту принцессы Элеоноры Кастильской. Истинные чувства и заговоры создают атмосферу опасности и тайны в этом историческом романе.
Подойдя к окну, она заметила принца и Роджера, въезжавших в Нижний двор. К ним уже бежали конюхи. За ними мчались оруженосцы. Они принялись что-то горячо втолковывать господам, и все четверо направились в башню. Розамонд позвала слугу и велела принести ужин для себя и сэра Роджера, а сама зажгла душистые свечи и принялась ждать.
Однако прошло не менее часа, прежде чем она услышала шаги. Подбежав к порогу, Розамонд нетерпеливо распахнула дверь, но увидела только слугу с подносом. Пришлось набраться терпения и гадать, не случилось ли чего.
Наконец он пришел, и в первую минуту Розамонд показалось, что все беды мира обрушились на плечи мужа. Когда же он увидел ее, его лицо просветлело. Розамонд не двигалась, маня его взглядом. Роджер шагнул к очагу и коснулся сначала ее волос, золотых в отблеске пламени, потом зеленого камня.
— Ты так прекрасна, что у меня дух захватывает.
— Прости за прошлую ночь. Гриффин сказал, ты не остался на праздник. Роджер, я стараюсь поверить в тебя…
Роджер едва сдержал тяжелый вздох.
— Не воображай меня святым, Розамонд, потому что перед тобой дьявол!
— Я приказала принести ужин.
Роджер с трудом выдавил улыбку.
— Ты хорошая жена… утоляешь все мои аппетиты…
Он коснулся ее губ губами и, когда она приникла к нему, крепко поцеловал.
Они сели у очага, поставив перед собой огромный поднос. Подняв серебряные крышки, Роджер принялся за пирог с голубями, жареную оленину и йоркширский пудинг. Когда он потянулся к артишокам, Розамонд рассмеялась:
— Я думала, что-то неладно, но, судя по тому, как ты голоден, видно, ошиблась.
"— Ты чересчур проницательна, любовь моя. Я ем только потому, что у меня крошки не было во рту со вчерашнего дня. Артишоки — хорошие афродизьяки, — поддразнил он. — Не желаешь попробовать?
Она взглянула на него сквозь полуопущенные ресницы:
— Как насчет вина?
И без того возбужденный, Роджер ощутил, что его плоть напряглась, когда он вспомнил о том, как она умащивала вином соски.
— Вино не афродизьяк, оно просто притупляет сознание, согревает кровь и заставляет забыть о скромности, — сказал он.
— Я не знала, что таково действие вина… думала, это ты так умело меня соблазняешь.
— А я не знал, что ты способна так ловко льстить! Снова пытаешься меня соблазнить?
Розамонд покачала головой:
— Нет, мне нравится, когда это делаешь ты…
Он обжег ее страстным взглядом. Глаза его скользнули к ее груди, и Розамонд заметила, как его губы сжались.
Она ощутила, как внизу живота запылал огонь.
