Взглядами все одинаково тусклые углы порта, где воняет протухшей рыбой, суетятся неприветливые люди. Я нахожусь здесь одна — пассажир корабля без приключений, которому никто не радует встречей. Сложный итог нашего длительного путешествия приводит меня в этот дешевый порт, где чувствуется лишь грусть и холод....
Черных роз я, кстати, на рыночных прилавках не видела здесь, а у нас на юге такие есть, но не скажу, что часто мне встречались. Присматриваюсь к букету, большущему, кстати. Нет, эти цветы точно Ансоне. Посреди шикарных крупных черных роз с бархатными краями красуется одна единственная нежная светло-розовая розочка. Прямо напоминает цвет вчерашнего платья кузины. И кстати, цветы не совсем черные. Да, края лепестков словно черный бархат, но ближе к центру розы синие, блестящие, как атлас.
— О-о, — разочарованно тянет Ансона, вчитываясь в карточку.
Тут как раз в холле появляется новый курьер, причем одетый в цвета королевского дома. Курьер свысока оглядел всех находящихся в холле, словно он не посланец королевского дома, а сам король, а мы все тут чернь.
— Цветы лично для шены Эльрии Брауш.
Невольно заулыбалась. Чувствую, как настроение взлетает.
Когда достала вещичку, на мгновение мне показалось, что я держу в руках самый настоящий цветок, только холодный и блестящий. Но нет, это не цветок, а заколка с драгоценными камнями белого и красного цвета. Заколка, выполненная так искусно, что претендует на звание ювелирного шедевра. Курьер тут же передал мне записку, а я с нетерпением ее открыла и убедилась, что цветы действительно от Тенера.
