Автор
Колин Уэрхем, пятый барон Сент-Моур, стоял на палубе своего корабля под мрачным небом Ла-Манша. Воздух был тяжелым и холодным, а северный ветер свирепствовал по всему морю, когда Колин глядел на пенящиеся волны. Усталость словно плотное одеяние сковывала его, но он даже не пытался защититься от дождевых брызг....
— Не желая, чтобы их разговор был подслушан слугами, она отошла от двери, но все же остановилась на некотором расстоянии от Орсино, — И пришла сказать вам, чтобы вы оставили в покое меня и всех, кто имеет ко мне отношение. Хватит случайных встреч и вмешательства в мои дела. Слышите? Прекратите все это!
Орсино невозмутимо смотрел на нее.
— Разумеется, — сказал он. — Все будет по-вашему, как только вы выполните мою просьбу.
— Так и знайте: я никогда не представлю вас лондонскому свету и не позволю вам причинить зло моим друзьям.
В ответ Орсино улыбнулся хищной улыбкой. У него был вид охотника, который восхищается увертливостью своей добычи.
— А я-то надеялся, что мы поладим, — сказал он, подходя ближе к Эмме. — В память об Эдварде я дал вам время подумать над моей скромной просьбой. Я не пытался принудить вас, хотя вы обращались со мной преотвратительно.
— Не пытались принудить? Да вы непрерывно путались у меня под ногами.
— Будучи джентльменом…
Эмма насмешливо фыркнула.
Граф Орсино посмотрел на нее с укоризной:
— Будучи джентльменом, я до сих пор не объяснял вам, почему вам придется мне помочь.
— Ни за что…
— Вы ставите меня в безвыходное положение, — перебил он ее. Его лицо покраснело, губы приоткрылись, глаза засверкали.
«Похоже, что он предвкушает большое удовольствие», — подумала Эмма.
Орсино смотрел на Эмму взглядом, который приводил ее в смущение и замешательство.
"— В пьяном виде Эдвард становился очень откровенным, — начал Орсино.
— И вы его, конечно, подзуживали, — бросила Эмма.
— Пил он, как мы знаем, много, — продолжал граф, словно не услышав ее слов.
— И к этому вы тоже его подзуживали. Так вам было легче обчищать его карманы.
— Он мне много рассказывал про вас, — продолжал Орсино отрешенным, задумчивым тоном, словно вспоминая что-то необыкновенно приятное.
— В пьяном виде он нес разную околесицу, — сказала Эмма. У нее появилось предчувствие чего-то страшного.
— Да нет, никакой околесицы он не нес. Все было очень четко и… подробно. Он очень увлекательно рассказывал о вашем побеге из дома и вашей свадьбе.
Граф окинул ее с головы до ног похотливым взглядом.
Эмма вспыхнула.
