Автор
Колин Уэрхем, пятый барон Сент-Моур, стоял на палубе своего корабля под мрачным небом Ла-Манша. Воздух был тяжелым и холодным, а северный ветер свирепствовал по всему морю, когда Колин глядел на пенящиеся волны. Усталость словно плотное одеяние сковывала его, но он даже не пытался защититься от дождевых брызг....
Словом, эта милая женщина могла заниматься только ребенком и домашним хозяйством.
— Это значит, что Колина охмурили, — рявкнула баронесса.
— Колина охмурили? — изумленно переспросила Каролина.
Она побаивалась старшего брата и считала, что он никому не даст себя охмурить.
— Видно, хитрая штучка, — продолжала ее мать.
— Но кто она? — Каролина вчиталась в объявление. — Таррант? Ты знаешь кого-нибудь из Таррантов?
— Знаю. Все в этой семейке без царя в голове. Прожигатели жизни, спустившие не одно состояние на бегах и за карточными столами.
— Колина? — повторила Каролина. Она наморщила лоб, словно решая трудную математическую задачу.
— Но Колина нельзя одурачить.
Каролина с малых лет считала брата всеведущим и всемогущим. На минуту в голову баронессы закралось сомнение. Она сама столько раз пыталась… нет, не одурачить, но направить Колина, убедить его жениться на выбранной ею подходящей девице.
— Видно, она похитрее других, — мрачно признала баронесса.
— В каком смысле, мама?
— В конце концов, Колин — мужчина.
Каролина непонимающе смотрела на мать.
— Ну, разумеется, мама.
— А все мужчины податливы… в определенном смысле. Без сомнения, эта особа воспользовалась его слабостью.
— Слабостью?
— Перестань повторять мои слова, как попугай Сары Кларингтон! Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду."
"Каролина озадаченно нахмурилась, а баронесса принялась одеваться. Она надела платье и села за туалетный столик причесываться, когда до Каролины, наконец, дошел смысл ее слов.
— Ты хочешь сказать, мама…
— Я намерена все разузнать. Но первым делом мы спросим Колина, что это за идиотское объявление.
— Мне… мне надо ехать домой, — слабо возразила Каролина. — Никки простудился…
— Ничего, за ним прекрасно присмотрит няня. Я хочу, чтобы ты поехала со мной.
С обреченным видом Каролина сдалась — она не любила перебранок. Ей было очевидно, что назревает очень крупная ссора.
