Автор
Мужчина был полностью обнажён — ни единого кусочка кожи скрыт под одеялом. Убеждённая в своей зрелищности, я приподняла край простыни для проверки. Повторила действия, на всякий случай ощутила кожей щеки и шею холодный воздух. Всё верно — не видела чужака никогда. Я стояла в чужой комнате, укрытая одеялом рядом с незнакомым человеком... минусы в этой истории очевидны, но она обещает нечто ещё более захватывающее, чем просто случайное знакомство....
— Почему девушки за ним охотились?
— Алоцвет обладает особыми свойствами, и проявляются они в зависимости от того, кто его сорвет. В руках мужчины это — обыкновенное целебное растение, я разрешаю этхорским магам время от времени собирать его для своих нужд. А если алоцвет сорвет женщина, а потом закалит его в драконьем пламени, цветок становится волшебным и может исполнять желания. Сколько лепестков — столько и желаний.
Исполнять желания! Так вот чего на самом деле добивалась магистр Фаерай. Ей не зелье было нужно, она хотела с помощью Пинки оживить алоцвет.
— Но девушка обязательно должна обменять цветок на поцелуй, иначе он выскользнет из ее пальцев и снова вернется в сад, на свое законное место. Это условие мне не под силу отменить, оно напрямую связано с проклятием. Так что сама видишь, тебе не получить алоцвет без поцелуя.
— Есть одна возможность, — вмешался молчавший до сих пор Бастиан. — Взять цветок…
Над садом пронесся высокий мелодичный звук и резко оборвался, словно лопнула до предела натянутая невидимая струна.
Магистр остановился на полуслове, а Тактар вскочил на ноги и помчался по дорожке в сторону «дворца». Мы с Тейджем, переглянувшись, поспешили за ним. Обогнули дом и оказались у небольшой возвышенности над прудом, усеянной серыми, невзрачными цветами, которым под драконьим дыханием суждено однажды стать алоцветами.
— Пинки! — ахнула я.
Да, моя подопечная была там. Сидела у подножья холма, скромно обвив лапы хвостом, и сжимала в зубах алоцвет — очень осторожно, стараясь не повредить ни стебель, ни листья.
Бывший эльф остолбенел, мы с Бастианом тоже, а Пинки зависла в воздухе, часто хлопая маленькими крыльями, и с ожиданием уставилась на хозяина сада. Судя по всему, она была абсолютно уверена, что если кому и суждено снять проклятие, то только ей — такой прекрасной и необыкновенной, и искренне надеялась, что монстр вот прямо сейчас, немедленно, снова превратиться в прекрасного юношу.
Да, самомнение Пинки давно переросло ее саму. Раз в сто, примерно, если не больше.
Когда чудо не произошло, она фыркнула возмущенно, опустилась на землю и надулась. Для Тактара это стало последней каплей. Он с шумом выдохнул, сделал шаг…
Я бросилась вперед, чтобы встать между ним и своей воспитанницей, а Тактарлин из дома Барривиир вдруг расхохотался. Весело. Открыто.
