Автор
Мужчина был полностью обнажён — ни единого кусочка кожи скрыт под одеялом. Убеждённая в своей зрелищности, я приподняла край простыни для проверки. Повторила действия, на всякий случай ощутила кожей щеки и шею холодный воздух. Всё верно — не видела чужака никогда. Я стояла в чужой комнате, укрытая одеялом рядом с незнакомым человеком... минусы в этой истории очевидны, но она обещает нечто ещё более захватывающее, чем просто случайное знакомство....
Все готово к завтрашнему визиту принца Антэша, — с порога огорошил меня папа.
Что?
— Завтра? Уже? И во сколько его высочество к нам пожалует?
И почему мне кажется, что я знаю ответ? Закон подлости он такой…
— Утром. В одиннадцать. Не беспокойся, успеешь и позавтракать и собраться.
Одиннадцать по сурийскому времени. Как раз полдень по этхорскому.
Нет, только не это.
— А нельзя ли перенести встречу? — поинтересовалась осторожно. — На вечер или на другой день.
— Нельзя. Император предложил именно этот день и час, я не видел причин отказывать будущему союзнику в такой мелочи.
— А если я еще не готова… морально?
— Ничего. У тебя есть часть вечера, ночь и утро, чтобы подготовиться.
— Но, папа…
— Лилиана Эфраима Константа… — повысил голос Сирил Дагвин, и я, негодующе выдохнув, отвернулась.
Отец взялся перечислять мои парадные имена, следовательно, принял твердое решение, и спорить с ним дальше просто бесполезно.
— Авелина, — папина рука мягко коснулась моего плеча.
Его величество развернул меня к себе лицом, нежно поцеловал в лоб.
— А теперь иди, отдыхай, девочка моя. И помни, я тебя люблю.
Опять «девочка». Значит, чувствует, что не совсем прав. Понимает. Но все-таки настаивает.
Что ж… Я тебя тоже люблю, папа. Очень. Так что, заранее прости.
Глава 21
Охранная сеть дрогнула, извещая о появлении визитера.
Тейдж вскинул голову, прислушался, и отрывисто бросил:
— Впустить.
Через несколько минут гулкую тишину коридора нарушили стремительные шаги, и дверь отворилась, впуская гостя.
— Опять без света сидишь? — Лон остановился на пороге, изучая комнату. — И что за тяга такая к серости? Дракона Мраком назвал, сам все время в тенях прячешься.
— Мрак сам выбрал себе имя. Заставить зверя невозможно, сам знаешь.
Бастиан лениво потянулся, небрежно махнул рукой, бросая в камин раскаленный сгусток. Пламя тут же рванулось вверх и ярко заполыхало, заплясало, пожирая аккуратно сложенные дрова.
— Так лучше?
Драконы, в отличие от людей, прекрасно видели в темноте, но не любили ее, предпочитая яркие краски и свет. Тейдж считался исключением.
— Намного.
