Автор
Мужчина был полностью обнажён — ни единого кусочка кожи скрыт под одеялом. Убеждённая в своей зрелищности, я приподняла край простыни для проверки. Повторила действия, на всякий случай ощутила кожей щеки и шею холодный воздух. Всё верно — не видела чужака никогда. Я стояла в чужой комнате, укрытая одеялом рядом с незнакомым человеком... минусы в этой истории очевидны, но она обещает нечто ещё более захватывающее, чем просто случайное знакомство....
Меня всегда интересовало, как это работает. Так хотелось взглянуть на нас с Алом, а потом и на близнецов, чужими глазами, но, увы... Марта тоже не могла ответить на мой вопрос, на теней, как и на членов семьи, магия амулета не действовала.
Тени... Второй дар нашей семье.
Да, Миана не выделила Гортари в личную охрану отряд водяных, как он ее ни умолял. Она поступила по-другому. Сплотила всех Дагвинов, ближних и дальних, общей клятвой верности старшему в роду — королю. И подарила каждому из нас тень. Одна из сильнейших семей перевертышей по зову владычицы переехала в Сурию, чтобы жить бок о бок с потомками короля и служить им.
Не знаю, какой обряд с свое время прошли Дагвины и Мидаши, но связал он нас крепко-накрепко.
Когда на свет появлялись очередные принц или принцесса, в семье метаморфов тоже рождался ребенок того же пола. Или близнецы, как в случае с Катией и Кэйдном. С первых дней дети тянулись друг другу и очень неохотно разлучались. Со временем маленький перевертыш, которого обучали особые наставники, становился верным защитником, советником, хранителем, незаменимым спутником королевского отпрыска.
Тени постоянно меняли внешность, порой даже подстраивались под нас, окутываясь псевдо личиной, похожей на нашу. И тогда по дворцу, радостно хохоча, бегали совершенно одинаковые дети.
Редкий монарх может похвастаться тем, что у него есть беззаветно преданный друг, которому он безусловно и во всем доверяет. А вот Дагвинам повезло.
Действие личного амулета прекращалось с наступлением совершеннолетия и... на время учебы в Асавайне. Каждый королевский отпрыск обязательно заканчивал эту старейшую сурийскую академию. Под чужим именем, с собственной внешностью и в компании своей тени.
Магический фон в Асавайне был очень высок, а охранные печати слишком сильны — магистры сразу бы поняли, что мы под личиной, а значит, догадались бы и о том, кто их ученики.
Ну, «простого народа», надо сказать, в Асавайне я за три года так и не обнаружила — только преподавателей и адептов, — но разглядеть во мне принцессу, и правда, не удалось никому. Так что близняшкам Лее и Тее только предстоит узнать, с кем они учились и жили вместе шесть лет.
