Его обитатели искренне любили и оберегали друг друга, а нас приняли как родных. Мужья Аданы упрямо обращались ко мне как к дочери, заявляя, что кровное родство не имеет для них значения, и если их супруга решила принять меня под свое крыло, то и они обязаны считать меня своим ребенком.
Это выражалось в каждом слове, в каждом жесте, и вот сегодня, спустя пару недель с нашего переезда, Марк как натура чувственная старался нарядить меня во все самое лучшее, отказываясь отойти в сторону.
И их отношения с Аданой… Я даже подумать не могла, что такое возможно — что в мире Кимтара, что в моем родном. Да, их было трое, но никто никогда не смотрел на другого зверем, каждый заботился о своей нанеки, и она отвечала им тем же.
Однажды я даже застала ее с подносом в руках, возвращающейся в спальню.
— Тшшш… Хочу порадовать своих мужчин, — с улыбкой произнесла она и тенью в белой сорочке, скрылась за дверью спальни.
Все было взаимным, честным и таким… понятным. Они просто любили друг друга и старались эту любовь выразить всеми возможными способами…
Диадема, украшенная горящими рубинами, давила своей тяжестью, но, помня наставления названной матери, я держала подбородок прямым, не склоняя головы и не опуская глаза.
Сегодня мне должно было это пригодиться, ведь Адана задумала вечером во всеуслышание объявить меня своей преемницей и официально назвать Маром, таким образом объединив наши семьи. Страшно представить, какая реакция будет у совета, который обязали прибыть в полном составе.
Все женщины Кимтара будут в этом доме уже через несколько часов. Клубок гадюк, который грозно зашипит и, вытянув плоские головы, начнет брызгать ядом.
— Давай я поправлю пояс, — Раэль отложил свою работу и подошел, привычно опускаясь на колени, просто чтобы спуститься до моего роста. — Не переживай, маленькая госпожа, все будет хорошо.
— Ты не можешь знать.
— Могу. Я уверен в себе, и что бы ни случилось, смогу тебя защитить, — многозначительно посмотрев на меня в отражении зеркала, Раэль широкими, но чрезвычайно ловкими ладонями поправил замявшуюся на талии ткань платья со слишком низким декольте — на самом краю приличия.
На самом деле последние дни я уже легче переносила местные наряды. То, с какими глазами мужья наблюдали за моими примерками позволило поверить в себя как в женщину и подавить смущение. Поэтому я не слишком сокрушалась по поводу низкого выреза и высоких разрезов на юбке, под которой ничего не было.
Если тебе по сотне раз на дню говорят, что ты красивая, волей-неволей поверишь и прекратишь неловко сутулить плечи.
— Ты красива. Безумно. Кимтаркам стоит тебя бояться.
— Думаешь? — спросила, чуть отклонившись и упираясь лопатками в мужскую грудь.
Горячие пальцы накрыли колено и плавно потянулись вверх, по бедру.