Автор
Распущенные темно-каштановые волосы плясали ветром вокруг ее головы, как флаг корабля. Её щеки румянились от радости и свободного полета души на свежем воздухе. В сердце жила мечта быть одной с незнакомцем, которого она случайно встретила в лесу. Она словно птица в клетке искала возможность взлететь к свободному небу. Он напал на неё из воздуха без предупреждения, привлекая её сердце и разум невиданной силой любви и тайны....
Оно будто говорило о том, что путешествие в этот североафриканский порт может обернуться большими неприятностями.
– А что Мейсон? Поскольку молодую леди везут в Сале, он, должно быть, тоже там, то есть – вполне еще может быть там.
– Его там нет. Он уплыл и теперь направляется в Атлантику. Ахмед считает, что он нацелился на Вест-Индию. Мы не будем преследовать его.
– Нет, – коротко ответил Тобиас. – Не в этот раз. Подготовьтесь к отплытию, Марк, чтобы мы не упустили ни минуты.
Марк неловко потоптался на месте, поскольку, как и Ахмед, он был поражен решением Тобиаса.
– Сале – жуткое место, не так ли, мистер Декстер? – спросила Ровена."
"Он мрачно кивнул. У него были собственные, весьма далекие от приятных воспоминания об этом наводненном крысами притоне мерзавцев.
– Этот город пользуется самой отвратительной репутацией на свете. Наше путешествие будет крайне опасным. – Он взглянул на Тобиаса. – Нам очень повезет, если нас самих на пути туда не захватят корсары. Мы оба знаем, что пираты Сале – настоящая банда жестоких, фанатичных разбойников, с которыми бесполезно вести переговоры. Что я скажу команде?
– Если они будут думать, что мы гонимся за Мейсоном, то возражений не последует.
– Так вы намереваетесь обмануть их?
Ровена во все глаза смотрела на Тобиаса, ожидая, что он ответит капитану, но он избегал ее взгляда.
– Я должен так поступить. Сулейман опережает нас на три или четыре дня.
Наступающий рассвет окрасил небо в глубокий синий цвет, который быстро сменился нежным розовым, и наконец из-за горизонта показался край золотого диска – вставало солнце. В бледном утреннем свете каждая деталь «Цимбелина» казалась резко вычерченной.
