В темных подземельях проходит бесконечная длина коридоров, где каждая камешек холоден и шелестит при каждом шаге. Мысли путаются от непривычного холода, который проникает даже через одежды. Кожа чувствует легкую боль от множества манипуляций сестёр, пока дыхание становится все более кратковосприимчивым и часто задерживается....
Тело реагирует, как зачарованное, слегка выгибается, жадно впитывает каждый поцелуй. Задерживаю дыхание и осознаю, что больше всего боюсь, что он сейчас остановится. Остановится, отпустит меня и всё закончится… — Нужно согреть тебя, моё сокровище.
Только теперь с удивлением понимаю, что успела замёрзнуть.
Нэйт несёт меня куда-то, уверенно пробираясь во тьме комнат. Протягивает руку, касается тёмной панели и по полу медленно расплывается тонкая извилистая линия тёплой подсветки. Тьма сменяется приятным полумраком, являя просторную комнату с большой прозрачной чашей в центре.
Ещё одно касание панели и сверху на нас обрушивается новый ливень… вот только на этот раз расслабляюще тёплый.
Я так и держусь за его шею. Чуть сильнее сжимаю сильные бёдра своими маленькими коленями. Прикрываю глаза и поднимаю лицо вверх. Чувствую, как согревающие струи змеятся по слишком чувствительной коже.
Слышу глухой рык и в следующий миг оказываюсь прижатой к тёплой стене.
Его поцелуй обжигает. Вспыхиваю и забываю, что минутой назад ещё хотела согреться. Горячие ладони скользят по моим напряжённым бёдрам, заставляют плавиться каждую мышцу… и даже кости. Уверенно тянут вверх ткань серебристого лёгкого платья, одного из тех, что он подарил мне. Боюсь поднять глаза, но не сопротивляюсь, позволяю лишить себя этой защиты. Остаюсь лишь в тонких шортах. В награду получаю ощущение его ладоней, скользящих по телу всё выше и осторожно накрывающих потяжелевшую грудь.
Скольжу ноготками по задней стороне крепкой шеи, зарываюсь пальцами во влажные белые пряди и ощущаю, как начинает подрагивать его тело.
Наклоняюсь и захватываю губами край его уха…
Слышу низкий рык.
Он снова несёт меня куда-то. Мне неважно куда, в голове опасливо пульсирует единственная мысль — лишь бы не отпускал.
Укладывает на что-то удивительно мягкое и теперь нависает, продолжая целовать шею. В мыслях проносится досадная мысль, что сам он остаётся одет.
