В темных подземельях проходит бесконечная длина коридоров, где каждая камешек холоден и шелестит при каждом шаге. Мысли путаются от непривычного холода, который проникает даже через одежды. Кожа чувствует легкую боль от множества манипуляций сестёр, пока дыхание становится все более кратковосприимчивым и часто задерживается....
— Поднимите пустые ладони и выходите на открытую площадку! — разносится уверенный механический голос, пока я проверяю своё защитное поле. Нужно убедиться, что оно закрывает не только меня.
Вовремя.
По нам выпускают густую стаю плазменных зарядов, заставляя жмуриться от зелёных вспышек. К досаде “спонсоров” купол всё поглощает… вот только я не уверена, что долго выдержит. Мои резервы не безграничны… и Нэйт об этом знает.
Чувствую, как его рука всё крепче сжимает талию. Он никогда бы не признался, но ему тоже ведомы страхи.
— Сопротивление бесполезно! Вы не сможете прятаться вечно и не сможете покинуть планету! Но если сдадитесь, мы обещаем гуманный суд!
Из всей речи меня удивляет лишь то, что они знают слово “гуманный”.
— Лайн, долго ещё? — недовольный рык Нэйта.
— Поднимите пустые ладони и выходите на открытую площадку! — повторяется механический голос. — Вы в меньшинстве! Сопротивление беспо…
— Готово, — Лайн отвлекается от вайо и поднимает глаза на застывшие, словно мошки в густом желе, механизмы.
На Дворец наползает густая тень, и я поднимаю взгляд, упираясь в тёмное брюхо ведущего боевого крейсера эр’рарсцев.
— Как удачно, — улыбка Нэйта напоминает оскал. — Если я правильно понимаю, то здесь все, кто нам нужен. Ну или почти все. Лайн, передай, чтобы затягивали их прямо с эйронами в третий крейсер.
— Почему в третий?
— Потому что даже в изолированных камерах и под охраной эти отбросы не полетят на одном корабле с феями…
* * *РН1023
Выплываю из странной хмари.
Сны мне не снились давно… наверное, с тех самых пор, как меня передали во дворец одному из старших спонсоров. Хозяину весьма приглянулась новая наложница, но избранную жену это не устраивало. Она уже загребла в свои цепкие пальчики немного власти и не желала делиться в будущем.
"В дальних бараках я даже немного расслабилась. Знала, что оставаясь паинькой, получу свой законный час сна. Жизнь стала размеренной и понятной, скудной, но ожидаемой.
