В темных подземельях проходит бесконечная длина коридоров, где каждая камешек холоден и шелестит при каждом шаге. Мысли путаются от непривычного холода, который проникает даже через одежды. Кожа чувствует легкую боль от множества манипуляций сестёр, пока дыхание становится все более кратковосприимчивым и часто задерживается....
Элита Эр’раарс требует твоего появления и они давят на Совет. Я пытался отсрочить это, но столкнулся с довольно ультимативным требованием. Прости. Их можно понять. Моя раса почти смирилась с тем, что мы постепенно вымираем. Твоё появление вызвало слишком большие споры и неверие. Но у Совета есть и другие причины так поступить. Не всё я могу тебе озвучить.
— Я… — сглатываю, начиная нервничать. — Там будет много… эр’раарсцев.
— Тебе ничего не будет угрожать, я буду рядом. К тому же достаточно просто показаться, а затем я верну тебя обратно.
— Но я…
— Решения Совета не обсуждаются, Лу. Будь готова завтра вечером.
Виновато улыбается и, не оставляя мне шанса возразить, обрывает связь.
Опускаю лицо на руки и яростно растираю его ладонями.
Вот же… попа…ла.
Вливаю в себя питательный витаминный коктейль и, чтобы немного успокоиться и размять тело, выхожу из палаты. Заметила, что такие прогулки помогают резерву наполняться чуть быстрее.
Несколько раз обхожу уютный холл по кругу, стараясь с каждым шагом затолкать подальше свои страхи.
Без Нэйта у меня ощущение, словно я осталась с новым миром один на один…
“Во всём ищи хорошее, сестрёнка… “
Как ни странно, самым приятным событием за эти дни оказалась встреча с утончённой светлоглазой девой — мамой Нэйта. Она была немногословна, но тепло поприветствовала меня, улыбнулась и предложила обращаться к ней, если что-нибудь понадобится. Встреча оказалась довольно короткой. О состоянии сына её и всю семью постоянно уведомляет медкапсула, так что мне нечего было добавить, а свою историю я рассказывать не решилась.
Подхожу к прозрачному ограждению холла и опускаю на него ладони. В пролёте виден кусочек нижнего этажа. Там среди широколистных растений прогуливаются особи. Они ведут себя довольно вальяжно и выглядят весьма довольными жизнью. А ещё там то и дело куда-то спешат фигуры в белой форме. Медики.
Справа от меня находится изящный подъёмник. Внизу перед подъёмником дежурит охрана, которая сейчас с кем-то спорит.
— Я его лучший друг! — доносится до меня, когда один из спорящих начинает повышать голос. — Вы не имеете права мешать мне пройти!
— Мы приносим свои искренние извинения, лорд Тэренс, но проход на этаж всем особям мужского пола временно запрещён.
Чуть поодаль замечаю девушку с чёрными волосами, которая стоит за цветущим деревцом и с недовольным лицом наблюдает за этой картиной. При этом сама явно не спешит раскрывать своё присутствие.
