— Вы сами торопили меня, заставили летать… — развела руками я, слегка ошарашенная горячности его речи.
— И ты решила, что тебе по силам сражаться с самыми сильными драконами империи. С теми, кто с детства готовился выгрызать себе место рядом с императором зубами и когтями?
— Значит, драки всё-таки будут, — пробормотала я. — Впрочем, и так догадывалась…
— Ты видела, что бывает с проигравшими? — на лице Кристиана заходили желваки. — Хочешь сдохнуть — валяй. Мне же проще, ты права. Не придётся возиться.
Я хотела возразить, что не позволят же адептам убивать друг друга. Но потом вспомнила Жатву, вспомнила турнир, как драконы падали, сражённые магией. Конечно, ректор и преподаватели закроют на это глаза.
И я для некоторых стану мишенью номер один. К примеру, для Адель.
— Поняла, что тебя ждёт? — Кристиан по сменяющимся на моём лице эмоциям прочитал бурлящие в моей голове мысли.
— Хватит принижать меня! Я была лучшей адепткой на своём курсе. У меня высокий магический резерв. А Виредиония просто сожрёт любого, кто косо посмотрит в мою сторону. У нас не самые плохие шансы.
— И зачем тебе это, а? Ответь? Хочешь показать всем какая ты классная?
— Хочу, — с вызовом ответила я. — И я добьюсь уважения к себе. Чего бы мне это не стоило.
— Знаешь, какое испытание самое любимое у императора? — в голосе Кристиана завибрировала угроза.
— И какое?
— Дракон сам по себе — огонь. Его магия сплетается с пламенем, подпитываясь от него. Но сколько выдержит дракон, если ему придётся нырнуть в лавовую реку? Забраться в жерло вулкана?
— Нет, он не заставит же нас делать такое. Это же мгновенная смерть.
— Почему же? На каждом турнире этого испытания удостаиваются финалисты. Ты готова нырнуть в огонь, чтобы развлечь императора?"
"Вот почему ректор так ехидно смотрел на меня? Он знал, но ничего не сказал…
— Значит, до этого момента мы должны слиться с драконицей, — в моём голосе не было той уверенности, что и раньше.
А может меня вышибут на первом же испытании… кто его знает. На самом деле я не была так сильно уверена в успехе, как хотела показать.
Кристиан не успел ничего ответить, потому что послышался звенящий от ярости голос Адель. Он разнёсся по всему коридору, и все тут же навострили уши, понимая, что грядут очередные разборки.
— Я хочу знать почему ты велел мне не подходить к ней? Что в ней такого, чего нет во мне? Она же просто вырожденка… жалкая нищая уродина. Грязь! — выпалила королева академии, становясь на нашем пути.
Адель решила выяснить отношения публично? Должно быть, её задевали слухи, ходящие про нас с Кристианом по академии.
Все вокруг будто замерли, ожидая ответа Кристиана.
Лицо Адель было накрашено ещё обильнее, чем обычно. Видимо, она пыталась скрыть следы от заживающих прыщей, но вышло паршиво.