Наверное, потому что видел подобные моему браки раньше.
— А как вы думаете? — спрашиваю со всхлипом.
Вижу, как он морщится, смотрит в окно, потом поворачивается ко мне и начинает быстро говорить:
— Вы не обязаны терпеть, вы можете развестись.
— Ага, и попасть в лапы дяди Улдана? Нет уж, спасибо! — нервно отхлебываю кофе.
— Больше не беспокойтесь о дяде, он в тюрьме пожизненно и ничего не сделает ни одной из сестер Габарашвили!
— Вы серьезно? — охаю я.
Мне сложно представить, что полковник полиции сам может оказаться в тюрьме.
— Еще как серьезно, я лично помог его туда упрятать. Вдаваться в детали некогда, давайте к более насущным вопросам. Вы больше не обязаны терпеть ваше замужество, можете уйти от мужа!
В этот момент мне становится смешно. Ничего-то он обо мне не понял.
— Лев не позволит! Вы не знаете, сколько у моего мужа охраны, сколько связей…
— Я не говорил, что это будет легко, тем не менее это реально! Я могу забрать вас отсюда, отвезу вас к сестрам, и…
— И Лев будет там в течение суток!
— И что? — хмыкает Громов.
— Пусть будет, но насильно из Дивноморского он вас забрать не сможет. Если понадобится, сестры обеспечат вам охрану, в гостинице она и без того уже появилась. У вас нет детей, вы можете без проблем развестись… Я помогу вам! Вы больше не одиноки.
— Мой муж вас проглотит и выплюнет! — объясняю ему очевидное.
— Эвелина, я как старый боров — слишком жесткий, чтобы меня жевать! Вам всего-то нужно оказаться вне пределов досягаемости мужа. Если он попытается вернуть вас силой, поможет полиция.
Похищения у нас, слава богу, считаются преступлением.
И тут из моих губ вырывается нервный смешок.
— Я не верю полиции!
— Очень зря. Там есть хорошие, честные работники, которые помогают людям. Вам также помогут, я обещаю!
Вспоминаю, как Лев забирал меня из Дивноморского в прошлый раз, как мы бежали на вертолете, и местная полиция не смогла нас поймать, хотя очень старалась. Ничто не мешает Величаеву проделать этот финт снова."
"— Я вам не верю! — вдруг высказываю то, что давно вертится на языке.
— Вы появляетесь словно из ниоткуда, как волшебник на голубом вертолете, обещаете манну небесную, а доказательств нет!
Громов резко хмыкает, снимает очки и смотрит мне прямо в глаза:
— Я понимаю, довериться сложно, но для вас это хороший шанс обрести свободу… Позвоните в «Отличную», поговорите с сестрами, они подтвердят мои слова.
Лев давно запретил мне любые контакты с жителями «Отличной».
