В ужасающей больнице отчаянно оспаривается смерть молодой пациентки. Жертва — красивая девушка, которую тут же обрекают на гроб без надлежащего расследования. Медработник на грани ненамеренного преступления, а жизнь пациента терпит катастрофические последствия. Врач и жертва не могут устоять перед потоком страха, ярости и искушения — как бы то ни выглядело....
Ответить фурии Лия не успела, потому что на нее сзади кинулся зверь, стараясь завалить и придавить к земле, чтобы она больше не могла умело и опасно махать своими руками и ногами.
- Человеческие женщины не могут драться так, как ты! Неужели ты тоже медведь?
Лия ничего не понимала из слов, сказанных зверем, а вот зеленоглазая фурия недобро прищурилась, и сделала такой мах ногой, отчего ее ступня прилетела прям в голову зверю, что того снова откинуло с силой назад прямиком спиной в ствол ближайшего дерева.
- Ты ничего не должен знать про медведей! - самым натуральным образом прорычала девушка, а у Лии мурашки пошли по коже при мысли о том, что очевидно хищником на этой чертовой поляне был не только сам зверь и переломанный Борзов, но и эта шустрая боевая мадам.
- Но я знаю! – рявкнул зверь и тоже зарычал так, что волосы вставали дыбом.
Фурия прищурилась и оскалилась, шикнув:
- Что ты такое?
Лия отчетливо видела, что девушка принюхивается и явно ничего не понимает.
А ведь зверь называл себя бракованным.
Может в этом крылся секрет, который не могла раскрыт так просто эта боевая машина в красивом женском обличии?
- Я не один из вас.
- Это я чувствую!
- Я лабораторный. Но не такой как вы. Я должен найти того, чью кровь и плоть в меня вливали и вшивали, потому что могу помочь.
- Почему я должна верить тебе? Может тебя послали специально, чтобы заманить нас в ловушку?
Зверь чуть улыбнулся, кивая боевой фурии:
- Ты ведь почувствуешь, если я скажу неправду.
- Ты и это знаешь?
- Да.
Девушка замолчала и вся как-то надулась.
Было ощущение, что ей хочется подраться еще, но логика и здравый смысл все таки не давали ей кинуться в бездумный бой снова, хотя кулаки отчаянно сжимались и кровь бурлила.
- Как ты оказался на свободе? – фурия смотрела настолько хищно и пристально, словно вгрызалась в мозги зверя, ковыряя каждую извилину и рассматривая ее под лупой.
- Я сбежал.
- Сам или тебе позволили это сделать?
- Этого точно не знаю. Я убил многих, чтобы выбраться. Но были ли это замысел сверху или воля случая – я не могу знать.
"Девушка свела брови, сверля мужчину немигающим взглядом.
Она бы очень хотела уловить в его словах ложь или хоть какой-то намек на то, что он мог бы думать иначе, но, черт побери, он был чист, словно младенец.
И действительно не лгал.
Эх, а ведь так еще хотелось заварушки и борьбы. Чтобы кровь литрами бежала в землю, а кости хрустели под ее кулаками!
Кем бы он не был, а дрался он неплохо.
Особенно для человека.
