В ужасающей больнице отчаянно оспаривается смерть молодой пациентки. Жертва — красивая девушка, которую тут же обрекают на гроб без надлежащего расследования. Медработник на грани ненамеренного преступления, а жизнь пациента терпит катастрофические последствия. Врач и жертва не могут устоять перед потоком страха, ярости и искушения — как бы то ни выглядело....
Казалось, что даже кожа начинает покалывать от этого невидимого, но такого осязаемого взгляда.
Разве это было возможно?
- Ты знаешь, о чем я говорю.
- Вы ошибаетесь.
- Я никогда не ошибаюсь.
Повисло молчание, от которого становилось неловко.
- Я могу уйти?
- Не можешь.
Псих всегда говорил отрывисто, но лишь сейчас Лия вдруг подумала о том, что ни одно слово, произнесенное им, не было резким или грубо сказанным.
Да, манера его речи оставляла желать лучшего, если в принципе можно было назвать «речью» его слова.
И в этом псих не был похож на тех маньяков, о которых Лия часто слышала из уст девушек или самой Камилы.
- Что вы еще хотите от меня?
Эта фраза вырвалась из губ Лии быстрее, чем она успела осознать, что именно она сказала.
Но было поздно размышлять, когда мужчина сделал резкий шаг к ней, снова приближаясь настолько близко, что она хрипло выдохнула, тут же ощутив волну жара, которая шла от него и обволакивала ее тело, словно кокон.
- Всё! – вдруг прорычал он, склоняя голову сильнее, отчего его дыхание обжигало все ее лицо, - Хочу всё, что в тебе есть! Всё, что ты из себя представляешь! Хочу всё, что ты мне можешь дать и что попытаешься безуспешно скрывать!
Будь ситуация иной Лия не смогла удержаться от смешка, потому что сейчас она услышала от молчаливого и немногословного психа целых три предложения, что по его меркам было просто поэмой.
Но говорить что-либо и тем более шутить было неуместно, если не сказать страшно.
Лия была настолько напряжена, что в буквальном смысле подпрыгнула на месте, когда неожиданно ощутила горячие большие руки мужчины на себе.
Нет, он не хватал ее. Не прижимал к стене насильно. Не пытался притянуть к себе ближе и впечатать в свою огромную широкую грудь.
Но именно это заставляло напрячься куда сильнее.
Где-то нутром Лия чувстововала, что нежность чужда этому мужчине.
Что он не знает и не понимает этого щемящего ощущения, которое зарождается в груди и разносится особенным теплом по всему телу не так быстро и разрушительно, как желание, но так же всепоглощающе и глубоко.
Казалось бы, он не делал ничего страшного, и после того, что он вытворял каких-то пару минут назад, эти касания и вовсе не должны были отзываться такой реакцией в теле.
Но они отзывались и снова заставляли дышать иначе.
Псих провел горячими, чуть шершавыми кончиками пальцев по ладони Лии, не стремясь хватить и доминировать.
