Никита Брат — боевой ветеран, привыкший к смертельной опасности, становится объектом охоты неизвестного врага. Его преследуют и атакуют без пощады, но опытный боец не собирается сдаваться. Ему предстоит раскрыть личность противника и дать достойный отпор в смертельной игре.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Брат, держи удар!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Никита Брат — боевой ветеран, привыкший к смертельной опасности, становится объектом охоты неизвестного врага. Его преследуют и атакуют без пощады, но опытный боец не собирается сдаваться. Ему предстоит раскрыть личность противника и дать достойный отпор в смертельной игре.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Владимир Григорьевич Колычев Литрпг подборки серии
Никита Брат — боевой ветеран, привыкший к смертельной опасности, становится объектом охоты неизвестного врага. Его преследуют и атакуют без пощады, но опытный боец не собирается сдаваться. Ему предстоит раскрыть личность противника и дать достойный отпор в смертельной игре.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Но вас пощадили. Почему?
— Потому что, как вам известно, я человек не бедный. И за меня можно было получить выкуп… Я еще раз заявляю, я ни в чем не виновен. Я просто стал жертвой обстоятельств…
Александр Юрьевич Боровихин видел, как к Никите подошли двое в штатском. Вежливо взяли за руки и вывели из толпы журналистов. Он последовал за ними с видом мученика, страдающего за правду…
На этом репортаж с места события закончился. Больше никаких комментариев. Пока никаких.
Боровихин выключил телевизор и откинулся на спинку кресла. Нервно достал из пачки сигарету, щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся.
Всего один репортаж, за ним правильно поданное событие. И все, из преступника-убийцы Никита Брат становится чуть ли не национальным героем. Жертвой… А на Руси издавна жалели жертв, сочувствовали им…
Звонкой трелью залился телефон. Боровихин вздрогнул. Звонил Патрон.
Трясущейся рукой Боровихин взял трубку.
— Телевизор смотрел?
— Смотрел…
— Ну, и что все это значит?
Патрон требовал объяснений. А что мог ответить ему Александр Юрьевич? Он и сам в трансе…
Эмоции в голосе Патрона обозначались едва-едва. Любой, кто не знал этого человека, сказал бы, что тот находится в стадии безмятежного покоя. Но Боровихин хорошо знал своего босса, холодного как лед и неприступного как скала. Всегда и со всеми Патрон держался с подчеркнутым королевским достоинством. И никогда не позволял себе никаких эмоций. Даже смертные приговоры он выносил без малейшей злобы или сострадания к провинившемуся.
— Я разберусь, я во всем разберусь, — нервно ответил Боровихин. — Разберусь и сообщу…
— Жду звонка. Ровно через час…
В трубке послышались протяжные гудки.
Александр Юрьевич отложил в сторону спутниковый телефон — аппарат, о существовании которого знал только Патрон.
— Жертва обстоятельств… — процедил он сквозь зубы.
А ведь Никита Брат и есть жертва обстоятельств.
Обстоятельства — это прежде всего Патрон с его неуемной тягой к расширению своих владений. А он, Александр Юрьевич Боровихин, — всего лишь пешка в этой игре.
Отель «Эсперанто» захватил сам Патрон. Поставил на хозяйство Боровихина. Помог расформировать старую и организовать новую службу безопасности. С этого момента Александр Юрьевич за все в ответе.
А что он может сделать, если этот Брат сам дьявол? Как куропаток щелкает лучших бойцов Патрона. Службу безопасности отеля играючи положил на две лопатки.
Боровихин пока на плаву, но вода под ним уже закручивается в гигантскую воронку. И если не принять контрмер и его втянет в водоворот, он пойдет ко дну. Можно не сомневаться, Патрон не простит ему провала. Поэтому нужно бороться до последнего…
Патрон сам во всем виноват. Нужно было просто убить Никиту. Снайперский выстрел, и никаких проблем.
