Автор
В дверях ресторана я чувствую себя хуже никогда: тащусь из-за своей нелепой робости и жду тамошних родных, которых не хочу видеть. Но как бы то ни было, приходится быть кроткой в этой ситуации — уж слишком Слава настроил их на праздничный тон.
Он морщится, а мне хочется просто прижаться к нему и успокоить.
– Меня раздражала твоя довольная рожа, если тебе интересно! Тебе все и всегда давалось слишком легко и просто! Даже она! – мотнул в мою сторону головой Санчес, а Леша рванул в сторону негодяя, занося кулак для удара. Но его вовремя перехватил Славка и подлетевшая еще парочка крепких парней, оттаскивая буквально за руки. Не позволяя им снова сцепиться.
–Эй, парни, заканчивайте!
Однако Рысев все равно успевает врезать бывшему другу в челюсть. От чего тот морщится, пошатнувшись, и чуть не летит задницей на асфальт, а я прикрываю рот ладошкой, сдерживая вскрик.
– На что ты, твою мать, надеялся, обманув и меня и ее? – рычит Леша, сбрасывая с себя чужие руки. – Скажи мне, чего ты этим пытался добиться?!
– Я хотел у тебя забрать все, ясно?! И ее, и твою фантастическую популярность, контракты, все! Надеялся, что окажись ты без нее, – снова кивок в мою сторону, – скопытишься в этой своей Америке, Рысев!
Чесовец говорит, а мне даже представить страшно, насколько сильная может жить ненависть и зависть в сердце одного человека.
– Какая же ты тварь, – выдыхает Рысев.
– Ты же просто, как ненормальный, никого вокруг не видел, кроме свой Иланы! А я заметил ее первый, ясно?! Она должна была быть со мной! И капитаном быть должен был я, и если бы ты не приперся, Рысев…! – вылетают совершенно детские обиды из уст Санчеса. Против нас явно сыграло его уязвленное самолюбие и вагон его личных “проблем”.
И тут в установившейся на улице тишине, я оглядываюсь и понимаю, что вокруг уже начинают собираться зеваки с телефонами. То щелчки, то вспышки...
– Все, хватит! – говорю выступая вперед, озираясь по сторонам, понимая, что завтра эта потасовка будет во всех СМИ. – Прекратите снимать! – кричу не своим голосом и чувствую, как подруга прижимает к себе, но я отталкиваю ее руки и обхожу Лешу, упираясь ладонями в грудь и буквально заставляя посмотреть на меня. – Он не стоит этого, ясно? Плевать на него, Рысев! Пусть катится дальше вниз по своей никчемной жизни, – шепчу, чтобы услышал только Леша, но скотина Санчес, кажется, совершенно не имеет тормозов:"
"– Да, Рысев, ну подумаешь, ребенок без тебя рос, – подливает масла в огонь идиот.
