Автор
В дверях ресторана я чувствую себя хуже никогда: тащусь из-за своей нелепой робости и жду тамошних родных, которых не хочу видеть. Но как бы то ни было, приходится быть кроткой в этой ситуации — уж слишком Слава настроил их на праздничный тон.
Было бы прекрасно, если бы вы сделали официальное заявление, я могу договориться с интервью в одном из ведущих изданий. Плюс можешь выступить с заявлением на камеру на пресс конференции перед матчем. Устроим шум на шуме.
– Клин клином, – прикрываю глаза, потирая переносицу. Как я адски устал. Я совсем не привык к этим закулисным играм. Я игрок. На льду. И далеко не умелец строить стратегии и вести интриги.
– Сделаем снимки с тобой и твоими девочками, опубликуем статью. Выставим эту гниду виноватой. Вернее, раскроем его личину.
"– Я не хочу впутывать во всю эту шумиху Лану. И уж тем более Лясю. Они не медийные личности и не привыкли улыбаться на камеру.
– Ты рискуешь потерять место капитана. И вообще потерять контракт с Рейнджерами. Думаю, ради такого пару раз улыбнуться на камеру стоит?
Стоит. Черт, да. Но если бы это касалось только меня! Лана и так ради меня и моего хоккея пожертвовала своей карьерой, своей жизнью здесь, согласившись уехать.
– Я не могу.
– Зато я могу, – слышу за спиной тихое и оборачиваюсь.
– Лана?
Моя девочка стоит рядом, а в глазах непоколебимая решимость.
– Я готова. Если нужно, и в камеру улыбнуться, и правду рассказать, Леш…
– Лана, – морщусь, а Болтон на том конце провода притих. Ждет, видать, когда мне моя девочка мозг вправит. – Ты уверена? Они потом не отстанут, как только ты засветишься в объективе. Может быть совершенно разная реакция народа.
– Леша. Во-первых, я уверена, все не так плохо, как ты мне расписываешь! – улыбается Лана. – И во-вторых, я сделала свой выбор, когда решилась на появление Ляси. И я понимаю, как для тебя важен хоккей и клуб, – ложатся на мои плечи ее изящные ладошки, чуть сжимая.
– Вы с Лясей для меня важнее, слышишь? Ты и ваше с дочуркой спокойствие.
– А чтобы нам жилось спокойно, нужно, чтобы у тебя все было хорошо и стабильно. Поверь, после всей этой заварушки, после салона, который ты буквально создал с нуля, Рысев, это меньшее, что я могу сделать! – и смотрит своими невероятными глазами, словно в самую душу заглядывает.
– Я люблю тебя.
– Знаю. Но я люблю сильнее.
Я, напрочь позабыв, что на том конце провода висит “слушатель”, который сейчас стал третьим лишним, притягиваю к себе Лану и целую. Она для меня все.
