Автор
В дверях ресторана я чувствую себя хуже никогда: тащусь из-за своей нелепой робости и жду тамошних родных, которых не хочу видеть. Но как бы то ни было, приходится быть кроткой в этой ситуации — уж слишком Слава настроил их на праздничный тон.
– Да?
– Да. Сложно найти нормального мужика без загонов, – фыркает подруга. – Сегодня в десять, идет?
– Идет.
– Адрес, думаю, помнишь.
– Нет, но СМС я сохранил.
– Имей совесть, приедь хоть с букетом, – хохочет на прощание в трубку Ритка и сбрасывает вызов.
Да уж. Поимел я свою совесть уже и так во всех позах.
Наскоро принимаю горячий душ, смывая с себя пот и усталость, и уже в начале четвертого выхожу из спортивного комплекса, забрасывая сумку с формой на заднее сиденье авто.
Бросаю взгляд на небо, которое сегодня с самого утра хмурится.
Более не теряя времени, завожу машину и рву с места в сторону бара, где договорились встретиться с приятелями из моей бывшей хоккейной команды. С ребятами, которых не видел уже почти пять лет.
После отъезда в Штаты в моем окружении осталась-то всего пара-тройка человек, с которыми у нас до сих пор сохранились на удивление хорошие отношения.
До назначенного места долетаю меньше, чем за десять минут, а когда захожу в бар, утыкаюсь взглядом в широкую спину бывшего одноклубника Женьки. С ним же еще парочка приятелей: Антоха и Никитос. Парни, с которыми в свое время мы были в ударной пятерке. Пятый – Санчес – оказался из тех, кого отфильтровала зависть.
– О, Рысь, здорово! – подскакивает с места Антоха, с улыбкой от уха до уха.
– Привет, парни. Рад наконец-то повидаться! – тяну лыбу, ни капли не соврав.
– Если бы ты чаще нос высовывал из своего насиженного гнездышка, то, возможно, мы бы не забыли, как ты выглядишь, дружище, – смеется Никитос. – Как ты, как жизнь? – начинают сыпаться наперебой вопросы, и как-то незаметно завязывается разговор о клубах, об играх, о командах.
