Автор
В дверях ресторана я чувствую себя хуже никогда: тащусь из-за своей нелепой робости и жду тамошних родных, которых не хочу видеть. Но как бы то ни было, приходится быть кроткой в этой ситуации — уж слишком Слава настроил их на праздничный тон.
– Ну, так вот, там, помимо родителей, был и Алексей Рысев, – нехотя признаю и дожидаюсь, когда до подруги дойдет осознание того, кто это. И медленно-медленно, но ее и без того шикарные глаза округляются до размера пятирублевой монеты. И Эля даже отставляет тарелку с тортом и кружку с чаем:
– Ты шутишь?!
– Не-а, – говорю, примерно такой реакции и ожидая.
– Тот самый Рысев? Ну, который наша местная звезда? Хоккеист, да?
– Угу, – киваю, промочив горло чаем.
– И он брат Славы?
– Именно. Двоюродный.
– И это ему сейчас пошла звонить твоя дочь?
Ух, Эльчик.
– Ему. У нее вот появился новый друг.
– Так, погоди, насколько я помню, в тот момент, когда ты проходила практику в команде “Барсов”, Рысев за нее как раз играл. Или я что-то путаю?
– Нет, ты все верно помнишь.
– Он тебя узнал? – тут же растягивает губы в улыбке Эля, ставя локти на стол и укладывая подбородок на ладошки. – Ну, должен же был узнать! Такую, как ты, мужики точно не забудут!
Вот и как выкручиваться? Что говорить? Снова врать?
Да гори оно все синим пламенем!
– У нас был с ним роман, Эля, – признаюсь, понижая голос до шепота.
– Да ну?!
– Ну… да. А тут на даче он был и с Лясей познакомился. И… в общем, очаровал он мою дочь.
– Ну, судя по его фото, женщин в принципе он одним взглядом может очаровать, но не суть, – машет ладошкой Эля. – Так ты поэтому такая дерганная и расстроенная? Что бывший в твоей жизни замаячил?
– Можно и так сказать.
– Прости за странный вопрос, но ты никогда не рассказывала про отца Ляси… – прикусывает губу Эля. – А он…
– Это не он! – выпаливаю, прежде чем подруга успевает спросить. – Наши отношения с Рысевым закончились парой свиданий, – вру и глазом не моргнув. – И задолго до того, как я начала встречаться с отцом Алексии.
– Я имела в виду, не знаком ли он с ним? Может, все-таки стоит найти непутевого папашу и стребовать с него алименты или помощь? Или, в конце концов, может, он будет рад наличию дочери?
– Сильно сомневаюсь, – ухмыляюсь.
– Ясно. Ну и чего тогда? – пожимает плечами Эля. – Чего ты волнуешься? Ну, было и было, прошло. Славе не говори и все. Тем более, я так понимаю, он птица перелетная и сегодня-завтра улетит.
