Автор
В дверях ресторана я чувствую себя хуже никогда: тащусь из-за своей нелепой робости и жду тамошних родных, которых не хочу видеть. Но как бы то ни было, приходится быть кроткой в этой ситуации — уж слишком Слава настроил их на праздничный тон.
Ни хера, как меня накрыло! Но главное – понял, что не могу. Не смогу. Уже слишком глубоко поселилась в сердце другая.
– Рысев, что происходит? – в непонимании смотрит на меня Инесса, пока я натягиваю обратно боксеры и джинсы. – Вернись ко мне.
– Прости, – все, на что хватает моего словарного запаса, и я, подхватив с пола рубашку, ухожу.
Оказавшись на свежем воздухе, “стреляю” у прохожего сигарету, жесто нарушая режим, и затягиваюсь. С извращенным наслаждением вдыхая никотин и закрывая глаза, хватаюсь за голову, облокотившись на капот своей тачки.
Не могу.
Дурак.
Идиот.
Без Ланы не смогу. Предать ее не смогу. Уехать без нее тоже не смогу. Сейчас и на всю жизнь. Разумеется, если она захочет того же. Но отчего-то я уверен, что да.
Хочу к ней. С ней.
Ловлю попутку и уже через пятнадцать минут по ночному городу выхожу у нашего дома. Дома, где мы уже почти месяц снимаем квартиру. Забегаю в круглосуточный цветочный за ее любимыми каллами и поднимаясь на наш этаж, мысленно готовлю речь, как буду извиняться и что говорить.
Открываю дверь, стараясь сильно не шуметь, на случай, если Лана спит. Но как только захожу в прихожую, а там горит свет, на губах расплывается улыбка.
Ждет.
– Лана, – зову, скидывая кроссовки и осматривая спальню. – Котик… – прохожу в гостиную и зависаю.
Сервированный стол. Ужин. Откупоренная бутылка вина. И фоном еле слышно работающий телевизор.
"Вроде бы всё хорошо. Картинка, будто тебя ждут. На первый взгляд. Вот только если приглядеться и прислушаться, то ужин остыл, а в квартире пустота. Давящая. Гнетущая.
Ее нет.
И все, чего меня удостоили, – записка. Пару слов, но как нельзя лучше показавшие, что это все. Точка.
“Спасибо за все”...
– Простите, но нужно пристегнуть ремни безопасности, – выдергивает из воспоминаний голос стюардессы. Молча киваю, вскользь пробежав по лицу девушки, и выполняю ее просьбу. Самолет готовится ко взлету и уже начинает неторопливое движение по взлетной полосе.
Делаю глоток воды, утоляя засуху в горле, и выпрямляю затекшие ноги. Откидываю гудящую голову на спинку кресла, уставившись в иллюминатор.
В висках гул барабанов. Голова тяжелая, как после недельной попойки. А ведь прошла всего одна бессонная ночь. Одна, сука, ночь, когда желание сдохнуть достигло своего апогея.
Ее “ненавижу” так и крутится, как на повторе.
Пожалуй, все. Хватит.
