Марта шагала по проспекту, глядя на празднично украшенные домики. Ее платье, как кружевная птичка, следовало за ней по земле. Взгляды прохожих мельницы вращались вокруг нее, удивленными и восхищаемыми ее красотой и уверенностью. Отец Марты пристроил дочь на главную роль перед окончанием школы, и она знает, как жить дальше — как стать актрисой в великом театре жизни....
— Сейчас к нам такие вот серьезные ребятки каждый день приходят. А наши покровители их влет отшивают… Вот, сейчас сам увидишь…
Антон подошел к «серьезным ребяткам», что-то спросил у них. Те ответили. Антон показал им на отдельный кабинет. Мол, вот компетентные люди сидят, с ними поговорите.
Никита видел, как братки зашли в кабинет к деловарам. Они хотели сесть на свободные места, но будто что-то остановило их. Здоровяк молчал, но его железобетонный взгляд словно вбивал крепышей в землю. Сила в этом взгляде неимоверная, братки чувствовали себя крайне неуютно.
Крепыши что-то сказали деловарам. Те даже головой не кивнули в ответ. Братки ушли.
— Вот так всегда, — гордо сказал Эльдар. — Леонид Иванович только посмотрит на братков, а у тех уже поджилки трясутся. Все уходят с пустыми руками. И никаких разбирательств после. Ни шума, ни крови… А ты говоришь, мы зря его пригласили…
— А я ничего и не говорю, — пожал плечами Никита.
Леонид Иванович. Надо же, как официально… Этот тяжеловес если и был старше Эльдара, то ненамного.
Эльдар будто мысли его прочитал. И, как бы оправдываясь, сказал:
— А потом, он с нас всего пятнадцать процентов будет брать…
— Вот это-то и плохо, что всего пятнадцать, — покачал головой Никита.
Будто кто-то свыше сказал ему, что его бывшие институтские дружки попали в серьезный переплет. Они в бодром расположении духа. Но это только потому, что не видели они еще ни цветочков, ни ягодок.
* * ** * *Мужик какой-то непонятливый сегодня попался.
Ленчик Цыбин по кличке Кубометр взял его, когда он из магазина выходил. Навороченный такой дядька, цепь золотая на шее, «котлы» конкретные на лапе — на штуку баксов потянут. И в «лопатнике» «хрустов» завались. Таракан видел, как он у кассы его доставал.
И тачка у него клевая — «Ауди-80», максимум три года ей. Для девяносто второго года такая машина высший класс."
"Мужик сел в машину, а тут Купец возьми да из темноты нарисуйся, прыг на него и тяжестью своей в салон затолкал.
