Марта шагала по проспекту, глядя на празднично украшенные домики. Ее платье, как кружевная птичка, следовало за ней по земле. Взгляды прохожих мельницы вращались вокруг нее, удивленными и восхищаемыми ее красотой и уверенностью. Отец Марты пристроил дочь на главную роль перед окончанием школы, и она знает, как жить дальше — как стать актрисой в великом театре жизни....
А еще несколько взрывных устройств заводского изготовления на магнитных присосках.
Все это Никита оставил в гараже. Себе взял «ТТ». Привык он уже к этой системе. Пистолет он спрятал под сиденье. И только после этого выехал из гаража и подъехал к дому.
На улице мороз. Но Никита основательно вспотел, прежде чем труп оказался в багажнике. От тяжести и душевного напряжения. Боялся, вдруг наткнется на кого-нибудь из соседей Марты, вызовет подозрение своей ношей. Но все вроде бы обошлось. В полночь он отправился в путь.
Все складывалось удачно и дальше. Он добрался до одного известного ему кладбища. Нашел сторожей. Выставил им на стол литровую бутыль «Абсолюта».
— Мужики, надо поработать…
Те даже не стали спрашивать, в чем заключается работа. Видимо, такие ночные визиты для них были не в диковинку. Смутные времена, дикие нравы, кровавые законы. А в итоге незаконные трупы. Их нужно предавать земле.
Само собой, бутылку мужики взяли. А потом некоторое время молча изучали Никиту. Будто хотели определить, какой он породы зверь.
И наконец один выдавил:
— Штука баксов на двоих…
Наверняка Никита попал в разряд «так себе». Возможно, для крутых имелись более щадящие расценки. А шибко крутые не платили вообще…
— Сам понимаешь, — добавил второй, — мороз…
Деньги и водка выгнали мужиков на холод. За три-четыре часа ударными темпами они вскрыли одну заброшенную могилу, упаковали в нее труп.
Никита дождался, когда они закончат работу, вернут все на свои места.
Было уже утро, когда он вернулся к Марте. Она все еще спала, в той же позе, в какой он уложил ее на кровать. Ему и самому хотелось спать. Но сначала горячий душ. А потом ему захотелось есть. Пришлось готовить завтрак. Яичница с беконом. На всякий случай он рассчитал на две порции. И не зря.
Проснулась Марта. И первым делом на кухню.
— Дорогой, — она прижалась к нему. — Ты уже одет?..
У нее была сонная, но довольная улыбка.
Он хотел сказать, что не уже, а еще одет. Но отделался коротким:
— Угу…
— У тебя так вкусно пахнет…
— Стараюсь… Умывайся и за стол.
— Да, сейчас…
Марта подошла к окну. Глянула вниз. На сонном лице тень озабоченности.
— Ты чего-то боишься?..
— Нет, что ты…
— А мне кажется, боишься… Как будто кто-то должен прийти…
— Вообще-то да…
— Кто? Подруга Любы?
— Подруга Любы?.. А ты откуда про нее знаешь?
И тут Марта вспомнила все.
