Вокруг белоснежных пляжей Багамского архипелага витают нотки морской свежести и тихого умиротворения. Особняк с высокими стенами и широкими окнами открыто к океану, где каждое звучание природы — словно живой диалог между человеком и его бездонной добытчиком. Открывайте книгу «Брат, останься в живых», чтобы увидеть, как внутри этого мира страсти и предательство выливаются в атмосферу напряженного молчания и бурлящего неприкрытого коварства....
.. Но упавшая на него змея не жалила. И даже не шипела. Преспокойно обвилась кольцом вокруг его шеи и свесила голову на грудь. И тело у нее совсем не холодное. И совсем не склизкое. Даже приятное на ощупь. Как женская кожа... Но это не значит, что змея не укусит. Она может укусить. И это может произойти в любой момент... Эдуард вздрогнул и... проснулся.
– Уфф! – облегченно вздохнул он.
Оказывается, это был всего лишь сон. Отголоски недавних переживаний наяву. Полтора месяца он провел на необитаемом острове, но так и не смог привыкнуть к змеям.
А может, это был сон в руку? Может, это было предупреждение свыше?.. Но под какой колодой и какая прячется змея? Как она может его ужалить?
За окнами еще темно, но уже чувствуется утро. Эдуард глянул на часы. Половина седьмого. Действительно утро. Но еще можно спать и спать. Да только сна ни в одном глазу.
Женщину бы сейчас, он бы устроил ей комплекс утренней зарядки. Но женщина была вечером – экономка Даша. Она была бы не прочь остаться с ним до утра, но Эдуард выставил ее за дверь.
Вот если бы с ним была Диана. Она хоть и сука, но с ней так здорово было просыпаться по утрам. Ни с кем так хорошо не было, как с ней... Но ее нет. И никогда больше не будет с ней. Потому что она предала его, а он предателей не прощает...
А ведь кто-то сейчас просыпается в постели с женщиной. Кто-то... Что, если это Стас! Эдуарда как током стукнуло.
Да, надо было смириться с фактом, который преподнесла ему как данность Серафима. Тем более что не в подоле его преподнесла... Пока не в подоле. Но еще все впереди... Эдуард и готов был смириться. Как-никак Стас ему не чужой, и он Серафиму любит, и она его... Да он уже почти смирился. Но почему тогда всякий раз екает сердце, когда он думает, как этот мужлан – его девочку?..
