В темной комнате шестого утра, Никита чувствует себя как в сне. Его жена Марта неотразима: ласки и поцелуи превращают его в слушателя любви. Просыпаться становится невмоготу — он остро ощущает бурю чувств, заставляющую шуметь кровь и пульсировать грудь.
— Если бы, — развела руками Тамара. В это время со стороны лагеря послышались выстрелы.
* * *— Что за херня такая? — возмутился Миха. Ворота в лагерь закрыты. Но возле них ни единой души. И часового на вышке нет.
— Эй, есть кто живой? — крикнул он.
На его зов появился какой-то чудак в камуфляже. Увидел начальника в окно и распахнул перед ним дверь контрольно-пропускного пункта.
— Заснули вы тут, что ли? — гаркнул на него Миха.
— Так охранять-то некого…
— Ошибаешься! Есть кого охранять! Миллионера!.. И в это время послышался грохот автоматной очереди.
* * *Первыми в барак заскочили Гренка и Батон. За ними туда шмыгнули Гиря с Чифирем.
Гиря увидел Никиту. Тот стоял с автоматом. Но держал его в опущенных руках. Потому как его держал на прицеле Батон.
— Брось «ствол», урод! — заорал Гренка.
И выстрелил ему под ноги. Пули выбили земляные фонтанчики. Никита выпустил из рук оружие. А куда ему деваться? Против него сразу четыре автомата. Гиря тоже держал его на прицеле.
— Кончать его надо, — сказал Чифирь.
Под ногами у Никиты лежал один боевик. Чуть поодаль, в проходе между нарами, еще двое.
— И меня ментам сдал! — зло процедил сквозь зубы Гиря.
Никита узнал его. И сейчас смотрел на него. Только почему-то в его глазах не было страха. Одно презрение.
— Куда ты Скипидара дел? — гавкнул на него Гиря.
— На помойке оставил, — усмехнулся Никита.
— На какой помойке?
— На которой тебе самое место, ублюдок!
— Всю жизнь мне испоганил. Сука!!! Урррою гада!..
Гиря уже готов был нажать на спусковой крючок.
— Только попробуй, дебил!
Он не словами его остановил. Он вырвал у него из рук автомат.
— Это тебе не старуха, которую ты кончил, — почему-то с усмешкой сказал Рыжик. — Этого не тронь…
— Он наш кабанчик, — кивнул Миха. И в упор глянул на Никиту.
— Смотри, какой крутой. Пацанов моих положил. Знаешь, что тебя за это ждет?
Никита молчал. И с каким-то вызовом смотрел на Миху. Как будто знал, что тот его не тронет.
— Будешь отвечать, — сказал Рыжик.
— Чек выпишешь! — решил Миха. — Пока на три «лимона». По «лимону» за каждого убитого…
— И плюс два «лимона» за гостиницу, — усмехнулся Никита.
— Какая гостиница? — не сразу понял Миха. — А-а, точно, в копеечку мне твое содержание влетело. И номера опять же в бараке платные… Да, ты прав, еще пара «лимонов» за гостиницу…
— Плюс пачка чая и килограмм сахара…
— А при чем здесь это?
— Так лимоны же к чаю подаются.
